— О чем вы задумались, полковник? — произнес Фишер, заметив, что его «хлебосольный» хозяин явно не в себе. Мансур Хектим протянул гостю нож. Взяв указательными пальцами за острие клинка и торец рукоятки, Фишер внимательно осмотрел оружие.
— Великолепный образец, — наконец произнес американец, — насколько я разбираюсь в холодном оружии и металлах. Дамасский булат, примерно десятый век, вещь довольно дорогая. Если хотите продать, думаю, мы с вами сторгуемся, дружище.
— Да нет, уважаемый мистер Джеймс, — задумчиво проговорил Хектим, — все намного прозаичнее и страшнее.
В далекие восьмидесятые, когда я еще был молодым офицером и служил начальником особого отдела бригады «командос», у нас был военный советник из советских офицеров, как сейчас помню, его фамилию — капитан Чечетов. Толковейший был советник и опытный воин. Во всех операциях принимал участие, все продумывал до мелочей. Одним словом, настоящий волк, за это и любили его наши бойцы. Во время одной из операций нам и попал этот нож. Тогда командир и решил наградить военного советника ценным подарком.
— Советник президента по безопасности замолчал.
— Ну и какая была дальнейшая судьба этого капитана?
— Судьба? Судьба как у многих: спину гнуть не умел, поэтому и карьеры не сделал. Но он долго здесь воевал и хорошо. Из Афганистана ушел одним из последних.
— А нож?
— Здесь произошло нечто мистическое. Этот нож несколько дней назад слуга моего адъютанта купил по дешевке на базаре. Увидев такую ценную вещицу, адъютант забрал ее у слуги, ну а я у адъютанта.
И вот сейчас сижу в раздумье.
— О чем вы таком задумались, дружище? — усмехнулся американец. Но в его усмешке чувствовалась фальшь.
— Этот нож мог попасть в Кабул двумя путями. Либо Чечетов был убит и теперь, хвала Аллаху, его душа в лапах шайтана. А этот нож кто-то из моджахедов добыл в качестве трофея. Либо хозяин сам принес нож в Кабул. А это значит, что он сам пришел по чью-то душу. — Хектим выразительно посмотрел на резидента. От этого взгляда на лбу янки выступили капли холодного пота.
— Почему вы решили, что он пришел в Кабул? — спросил Фишер, сглотнув подошедший к горлу ком.
— Я ничего не решил, — пожал плечами полковник, — просто по долгу службы я должен просчитывать возможные варианты. С приездом Нурадина в Кабул стали твориться разные непонятные вещи. Во-первых, появился англичанин Д’Олэнторн, затем вы. При этом эмиссар британской разведки умолял меня выдворить вас с территории Афганистана.
