Дядя самых честных правил 11

И, к его собственному удивлению, дело пошло. Он купил ещё несколько кораблей, нашёл подходы, чтобы торговать с Катаем, и за эти годы стал владельцем крупного торгового дома. Но не сидел во Флоренции, наслаждаясь богатством, а продолжал плавать на самом лучшем своём корабле. Уж больно ему понравились путешествия и вольная жизнь.

Мы с ним посидели за чаем, пока он рассказывал свою историю. Заодно я выяснил у него европейские новости, по большей части касающиеся Италии и Рима.

— Кстати, светлейший князь, мне передать при случае от вас весточку вашим друзьям? Князю и княгине Тьяраканофым.

— О! Я думал, они давно покинули Флоренцию.

— Нет, они живут всё там же, насколько я знаю. Только их дочь уехала, как раз во время моего прошлого визита на родину.

— И куда же, вы не знаете?

— В Россию, как я слышал. Приехали какие-то родственники Тьяраканофых и повезли девушку познакомиться с фамильным гнездом. — Он усмехнулся. — Хотя я думаю, что речь идёт о браке.

— А разве она не должна была выйти за Франческо Барберини?

— Увы, князь, Франческо погиб на дуэли за неделю до свадьбы.

Бедной девушке пришлось носить траур по жениху!

У меня в голове щёлкнуло, и всё встало на свои места. Фамильное гнездо дочери Елизаветы? Без сомнения, княжна Тараканова и планировалась заговорщиками в качестве новой императрицы российской. Я-то гадал, кто ещё сохранился из претендентов на престол, и совершенно забыл об этой девочке. И полагаю, для меня будет очень неприятным сюрпризом, если это случится.

Мы ещё немного поговорили с Пуччи, и он откланялся.

Его корабль должен был уйти сегодня в плавание, а мне нужно было заняться делами с Бобровым. Свои опасения и догадки я отложил до вечера, чтобы обсудить с Марьей Алексевной. Уж кто-кто, а старая княгиня отлично разбиралась в интригах и могла дать мне дельный совет.

* * *Но поговорить с Марьей Алексевной я не успел. Едва мы с Бобровым закончили обсуждать бюджет, как меня нашёл Камбов.

— Константин Платонович, час назад поездом прибыл некий барон Майгель и настойчиво просит вашей аудиенции.

Говорит, что у него крайне важное послание для вас из столицы.

— М-да? — я потёр пальцами переносицу. Глаза после бумажной работы нещадно устали. — Надеюсь, послание действительно важное. Только давайте аудиенцию проведём в вашем кабинете в казарме опричников.

«Ловчая сеть», сплетённая там, на удивление хорошо сохранялась. И уж очень удобно оказалось под ней беседовать, когда чётко видишь, врёт собеседник или нет.