Дядя самых честных правил 6

— Осталось только метрические книги поправить, и все документы в порядке будут, — как бы между делом добавил Ларин.

— Простите, Фёдор Апполинарьевич, — не выдержал я, — вы так говорите, будто это проще простого. Кто нас пустит подделывать записи?

— Ничего сложного, Константин Платонович. В Никольской церкви, где лежат книги, сейчас остался только дьячок. Батюшка Николай преставился две недели назад, а новый ещё не приехал. Вы же можете магией убрать запись? Хорошо бы прямо сейчас съездить туда и всё сделать.

— Почему нет? Не вижу смысла тянуть.

Прежде чем мы уехали, Марья Алексевна шепнула мне:

— Запись о рождении тоже проверь. Как бы не напутали там чего.

Я согласно кивнул и поспешил вслед за Лариным. Старый то он старый, а шустрый, словно ему лет шестнадцать.

* * *На удивление, дорога от усадьбы Лариных до села Замотрино, где стояла Никольская церковь, была отсыпана гравием, поэтому колдобоины почти не ощущались.

— Замотрино и Курково, через которое будем проезжать, были собственностью моего брата Алексея.

Он эту дорогу и содержал в порядке, — пояснил Ларин. — А потом сын его проиграл имение в карты, как я говорил. Увы, с нынешним хозяином мы сильно не в ладах. Он хотел даже запретить нам ездить в церковь через его деревню, но батюшка Николай сильно ругался. А новый священник может и не заступиться за нас.

Что-то мне кажется, что Ларин не просто так предложил съездить в церковь именно сейчас. Я же обещал ему защиту? Ставлю десять против одного, что сегодня мне представится подходящий случай.

— Из-за чего у вас конфликт, Фёдор Апполинарьевич?"

"— Вот из-за этого, — он указал на лес вдоль дороги, — по документам весь сосновый бор до самого Курково принадлежит мне. А Колбасов вытащил какие-то закладные моего покойного брата, мол, по ним лес его. В суде дело уже третий год рассматривается, да всё никак с места не сдвинется. Так он приказывает крестьянам рубить лес да жечь его на уголь. Уже трижды чуть до крови не дошло — у него Талант слабенький, а у меня только деланные фокусы.

Последний раз стрельбу пришлось устроить, так Василия моего ранило чуток.

— В следующий раз, Фёдор Апполинарьевич, вы прямо скажете, что требуется моя защита, без хитрости.

— Константин Платонович! Ей-богу, не специально! Мы его, может, и вовсе не встретим. Я даже не думал об этом, когда предлагал съездить за книгами.

Он так натурально возмущался, что я только покачал головой. Ладно, на первый раз будем считать случайностью, так и быть. Но зарубочку я себе поставлю.