Правда, есть одно «но», которое делает его для меня совершенно неприемлемым.
– И что же именно?
– Ты слишком пылко желаешь заполучить его в зятья. После того как ты швырнул меня на съедение йоркширским волкам, я больше не собираюсь порадовать тебя своим замужеством и вообще делать что-то в угоду тебе. Это тебя удивляет?
Шерман вскочил и ответил таким же яростным взглядом.
– Удивляет то обстоятельство, что ты своевольная, мстительная дочь? О нет, ни в малейшей степени! Но ты выйдешь за него. Плевать мне, каким образом ты затащишь его в церковь! Просто сделай, как тебе велено, или я сам этим займусь.
Очевидно, не было смысла даже пытаться втолковать ему, что речь идет не о его, а о ее жизни. Офелия знала это по опыту и потому, взбешенная, покинула комнату. Слишком рассерженная, чтобы присоединиться к гостям, она направилась в столовую. Рейф все еще был там. Очевидно, он только закончил ужинать и вставал из-за стола. Оба джентльмена уже ушли, хотя неясно, остановило бы их присутствие Офелию, которая ни на миг не задумалась о том, что собирается сделать.
Она просто подошла к Рейфу и впилась губами в его губы. К чести его, нужно сказать, что он не выказал удивления. Мало того – почти мгновенно ответил на поцелуй. Тарелка со звоном упала на стол, освободив ему руки, так что он смог притянуть Офелию ближе. И этого оказалось достаточно, чтобы гнев, как по волшебству, растаял, сменившись неукротимой страстью. Страстью, не знающей пределов. Она совершенно потеряла голову, когда он стал посасывать ее язык, дерзко проникший ему в рот.
И запылала, как лесной пожар, едва он стиснул сильными пальцами ее бедра, прижав Офелию к своей возбужденной плоти.
Боже, какие чувства способен возбудить в ней этот человек! Ярость, страсть, нежность, наслаждение и… такое безумное волнение. Все это она испытала в его объятиях. Он ее убежище и спасение. Как, черт возьми, она допустила, что он стал настолько для нее незаменим? Неужели Джейн права? Неужели она, сама того не сознавая, влюбилась в него?
Рейфел продолжал жадно целовать Офелию, гладя ее спину, пробуждая восхитительные ощущения.
Так прошло несколько минут, пока она не осознала, что не могла выбрать худшего места для интимной встречи. Дверь широко распахнута. Напротив, в гостиной, толпятся люди. Любой мог пройти мимо и увидеть слившуюся в объятиях парочку!
Только эта тревожная мысль заставила Офелию отступить, хотя сердце бешено колотилось. Щеки разгорелись огнем. Губы, кажется, распухли.
