Конечно, женщины не могут править четверкой лошадей, но она подумывала ехать верхом, по крайней мере пока не узнала, в какой глуши оказалась.
– Экипаж в конюшне. Но лошадей нет. А слугам запрещено говорить с нами об отъезде.
– Это меня не удивляет, – вздохнула Офелия. – Похоже, мы здесь застряли.
– Я так и поняла. Надолго ли?!
– Пока он не признает, что перешел все границы, похитив меня.
– Значит, у него и в мыслях не было вас скомпрометировать?
Офелия задохнулась от бешенства.
– Я тоже считала, что он таким образом задумал жениться на мне, но мы обе ошиблись.
Я даже не нравлюсь ему! Он, видите ли, желает мне помочь, но я не вижу в этом ни малейшего смысла.
– Помочь вам? – нахмурилась Сэди. – Каким образом похищение может вам помочь, интересно бы узнать?!
– Намеревается показать, какая я злобная, жуткая фурия, – саркастически пояснила Офелия. – И по-моему, он не успокоится, пока я не исправлюсь и не стану такой сладенькой, что залью патокой все его мраморные полы.
Сэди разразилась смехом.
– Именно это он сказал вам, дорогая?
– Он не шутил.
– В таком случае покажите ему, какой милой и доброй вы можете быть!
– Ни за что!
– Понимаю, вы слишком расстроены. Но если это поможет нам добраться домой… о, не важно, я все равно в это не верю. А вдруг он тайно влюблен в вас и привез сюда, чтобы ухаживать без помех? Это кажется куда более правдоподобным. Что ни говори, а начало вашего знакомства было более чем неудачным."
"– И с тех пор все стало еще хуже. Он открыто признается, что терпеть меня не может.
Сэди упрямо покачала головой:
– Это может быть всего лишь стратегическим приемом. Довольно старый трюк, если хотите знать.
– Что за трюк?
– Главное – заставить вас поверить в его недоступность, – серьезно пояснила Сэди. – На людей это действует безотказно. Большинство немедленно захотят заполучить недосягаемое.
– Со мной это не пройдет, – заверила Офелия.
– Но он этого не знает. Пока.
Офелия нахмурилась. Пожалуй, стоит это обдумать, нет-нет, глупости! Но ведь объяснение Рейфела казалось еще более глупым.
Изменить характер Офелии, хотя он ничего не знает ни о ней, ни о том, что побуждало ее вести себя именно так?!
Она покачала головой:
– Поверь, я сразу пойму, если мужчина втайне испытывает ко мне нежные чувства. А Лок не перестает меня оскорблять. Ему доставляет удовольствие твердить, что никто меня не любит. Он назвал меня злобной фурией. Он так же отвратителен, как Мейвис. Считает меня гнусной сплетницей.
