Мы привезли с собой образцы тканей, а у этого галантерейщика был огромный выбор уже готовых шляп. Владелец, в полной уверенности, что у него есть именно то, что необходимо, пригласил меня пройти в заднее помещение. Но лавка была очень старой, с довольно узкими дверьми. Представляете, матушка застряла в дверном проеме.
– Ты дурачишь меня, девушка, – недоверчиво бросила Эсме. – Признайся, тебе просто хочется посмеяться надо мной!
– Нет, честное слово, все так и было! Она ужасная сладкоежка и за последние годы сильно поправилась.
Однако ни разу не застревала в дверях, поскольку на всякий случай обычно проходила боком. Но в тот день она была погружена в собственные мысли и просто следовала за мной. К несчастью, поняв, что попалась, она попыталась протиснуться внутрь.
– И при этом застряла уже намертво?
– Именно! А бедняга хозяин страшно перепугался. Видите ли, из задней комнаты не было другого выхода.
Эсмеральда едва не задохнулась от смеха.
– И чем же все это кончилось?
– Ну, поскольку никто так и не пришел нам на помощь, мы с владельцем объединили усилия, чтобы вытащить матушку.
– И что получилось?
– Ничего.
– Что же было потом?
– У бедной матушки в конце концов началась отрыжка.
– О Господи! – выдохнула Эсмеральда, вытирая слезы. – Ее так расперло от воздуха?
Офелия с улыбкой покачала головой:
– Перед поездкой к галантерейщику мы остановились пообедать, и она просто не успела переварить съеденное.
Какая это радость – слышать смех Офелии! Ее голубые глаза при этом лучились весельем, и лицо сразу становилось мягче и моложе.
"
"В этот момент из ее прически выбился белокурый локон. Рейфел думал, что Офелия сразу же помчится к ближайшему зеркалу, чтобы привести себя в порядок, но она просто небрежно откинула рукой прядь волос и тут же о ней забыла.
Рейфел потрясенно уставился на нее, но она и этого не заметила. Более того, она совершенно не обращала на него внимания. Он вдруг понял, что впервые застал ее в таком хорошем настроении. Впрочем, до этого дня он никогда не слышал искреннего смеха Снежной королевы.
Нет, после этого обеда Рейфел больше не станет ее так называть.
Опять эти чертовы сомнения! У него такое чувство, будто он открыл ту сторону характера Офелии, которую до сих пор никому не дано было увидеть. То же самое он подумал в гостиной, когда ей удалось его рассмешить. А когда Офелия призналась, что обожает одно из простых удовольствий жизни – оставлять следы на свежевыпавшем снегу, он просто потерял дар речи.
