Дьявол носит чёрный

Она собирала все, включая – но не ограничиваясь этим – цветочные горшки, обрывки тканей, эскизы, открытки, свадебные приглашения, резинки для волос, туристические безделушки, манекен в форме пуделя, сделанный исключительно из пробок от винных бутылок, и даже терракотовую фигурку в форме принца для проращивания семян чиа.

Хаос. Хаос. Хаос.

Понятия не имею, что меня привлекало в этой девушке, кроме ее таланта оскорбить любого в радиусе двухсот миль. Она разрабатывала свадебные наряды для эксклюзивной свадебной компании, которая пользовалась успехом.

Я это точно знал – их проекты продавались как горячие пирожки; вот почему мы с ними состояли в партнерстве. Свен говорил, что Мэдисон его самый ценный сотрудник. Когда мы встречались, я не подвергал это сомнению.

Хотя следовало бы.

Мэд спустилась по лестнице, в то время как остальные уже сидели в столовой. Персонал начал подавать еду, как только она скользнула на место рядом со мной, улыбаясь всем и приветственно махнув рукой.

– Извините, не знала, что все ждали меня.

Мэдисон умела быть застенчивой тихоней в глазах остального мира и маленькой нимфой в спальне. Ногой я придвинул ее стул к себе так, чтобы наши руки и ноги соприкасались. Он шумно скользнул по мраморному полу, вызывая хихиканье у всех присутствующих.

– Он уже по тебе соскучился. Это так мило. – Кэти приложила руку к груди, ее голос охрип от волнения. С губ Мэдисон сорвался истеричный, нервный смех. Я молча стиснул зубы.

Не облажайся, Голдблум.

– Жареный поросенок с фермы Мекокс в китайском соусе, пирог с беконом, салат из капусты с пахтой, зеленый лук на подушке из палочек претцель, – объяснила одна из прислуги Мэдисон, указывая на различные блюда на столе.

Если говорить о десятичасовом перекусе, то это был настоящий пир. Родители не сумели сдержаться. Меня раздражало, что предстоит сообщить маме и Кэти, что мы с Мэдисон не вместе. Хотя мне не придется с этим разбираться до тех пор, пока отец… пока отца…

Мне не хватило сил завершить предложение.

Мой отец умирал, и я ничем не мог ему помочь.

Я привык решать проблемы с помощью денег; мысль о том, что я беззащитен перед чем-то настолько глубоким, способным изменить мою жизнь самым радикальным образом, вызывала во мне иррациональную злость."

"Мэдисон улыбалась и послушно кивала, где это было уместно. Она наклонилась к длинному столу, обращаясь к моему отцу, который сидел во главе, выглядя меньше, чем он был до того, как мы узнали о болезни.

– Большое спасибо за приглашение, мистер Блэк.