Дьявол носит чёрный

Будто кому-то есть до этого дело. Кэти и мама просто хотели, чтобы Мэдисон почувствовала, будто они с нетерпением ждут чего-то еще, кроме ее королевского присутствия. Ее способность терпеть меня ставила их в тупик. Бананового хлеба они на самом деле не ждали. Фактически даже не собирались употреблять что-либо, кроме вина или бездарных реалити-шоу.

– Не было никакого танца, – заметил я.

– Был, – настаивала Мэд. – И ты проиграл. Образно говоря, танцуешь ты как чей-то пьяный дядюшка.

– Я не танцую как чей… – Я закрыл глаза, массируя виски.

Не собирался низводить себя до интеллекта женщины, способной отличить всех в семье Кардашьян по имени. Добровольно. – Они обойдутся без бананового хлеба."

"– Но это десерт.

– Не хотелось бы тебя разочаровывать, но на твой банановый хлеб никто не рассчитывал. Со вчерашнего вечера на кухне Джулиана и Эмбер, вероятно, трудились три кейтеринговых компании и сам Гордон Рамзи.

– Но я обещала!

Законно ли вообще фантазировать о чем-то с ее участием? В данный момент я всерьез об этом задумался.

Психологически ей лет пятнадцать.

– Наверняка они об этом уже забыли.

– Я переписывалась с Кэти и Лори всю неделю. Они точно помнят.

Они общались всю неделю? Не потому ли мама вставала с постели, а Кэти действительно приходила на работу? Нечто абсурдное и необоснованное сжало мою грудь. Я проигнорировал это, стараясь сохранять бесстрастное выражение лица.

– За углом есть пекарня. – Я сделал глубокий вдох носом. – Хочешь купить замену или Мученица Мэдди выше того, чтобы обманывать людей?

– Немного поздно притворяться, что я выше лжи.

 – Она махнула рукой между нами. Верно. Я заставил ее солгать покрупнее.

Я понял, что в Мэдисон есть все, что мне нужно. Кто-нибудь должен наградить меня за глупость. Я отказался от великолепного секса только потому, что боялся, будто она… что именно? Обманом заставит меня на ней жениться? Этому не бывать.

Скажи это подаренному тобой помолвочному кольцу, которое она сейчас носит.

Я вдруг вспомнил, почему оставался с Мэдисон дольше недели, хотя за все время у нас не состоялось ни одного серьезного разговора:

1.

 Неземной секс.

2. Греховная выпечка.

3. Она относилась к моей семье как, ну… к семье.

В ответ я изменил ей – во всяком случае, так она думала – и никогда не встречался с ее отцом, когда он приезжал в город. Очевидно, путь в ее трусики мне заказан. Лучше поскорее покончить с этой фикцией.

Я купил две буханки бананового хлеба в пекарне «Левэйн», а Мэд помчалась в супермаркет за подносом.