В воздухе висели гомон голосов, звон бокалов и звуки музыки, которую исполнял оркестр, расположившийся на галерее над игорным залом. В память об Айво Дженнере шампанское лилось рекой, способствуя созданию атмосферы непринужденного веселья.
– Да, – сказал Себастьян в ответ на ее вопрос. – Какого дьявола ты здесь? Тебе следовало покинуть это заведение еще утром.
Эви не дрогнула, глядя в его бесстрастное лицо.
– Я пакую вещи.
– Ты уже три дня их пакуешь. Те несколько платьев, что у тебя есть, легко поместятся в саквояж.
Ты тянешь время, Эви. Нарочно.
– Какая тебе разница! – огрызнулась она. – Последние два дня ты ведешь себя так, словно меня вообще не существует. Удивляюсь, как это ты заметил, что я все еще здесь.
Себастьян пронзил ее убийственным взглядом, стараясь совладать со вспышкой негодования. Не замечал ее? Святые небеса, да он готов отдать целое состояние, лишь бы это было правдой! Он ловил каждый ее жест, каждое слово, а когда ее не было рядом, только и думал о том, как бы увидеть ее снова.
И сейчас одного вида ее изящной фигурки, облаченной в черный бархат, оказалось достаточно, чтобы свести его с ума. Предполагалось, что в траурном облачении женщина должна выглядеть бледной и невзрачной, но черный цвет только подчеркивал красоту Эви: кожа ее напоминала свежие сливки, а рыжие волосы пламенели как огонь. Ему хотелось уложить ее в постель и любить до тех пор, пока это непостижимое мучительное влечение не сгорит в собственном пламени. Себастьян чувствовал себя одержимым, постоянно испытывая жгучее, похожее на болезнь беспокойство, которое заставляло его бродить по комнатам, забыв, куда он шел и зачем.
Он никогда не испытывал ничего подобного этой смеси... раздражения, нетерпения и мучительного желания.
Так больше нельзя! Он должен защитить Эви от опасностей и распущенности, царящей в клубе, и от себя самого. Удалив ее из клуба, он не только обеспечит ее безопасность, но и сможет реже видеться с ней. Пожалуй, это единственный выход.
– Я хочу, чтобы ты уехала, – решительно произнес Себастьян. – В моем доме все приготовлено к твоему приезду. Тебе там будет гораздо удобнее. А мне не придется тревожиться о том, как бы ты не влипла в какую-нибудь историю. – Он поднялся из-за стола и подошел к двери, стараясь держаться от нее на расстоянии. – Пойду распоряжусь насчет экипажа. Через четверть часа ты должна быть готова.
– Я не ужинала. Надеюсь, мне будет позволено перекусить перед отъездом.
