Каким идиотом надо быть, чтобы пожертвовать дружбой ради женщины, которая ему даже не слишком нравилась! Если бы он взял на себя труд немного пошевелить мозгами, то, возможно, разглядел бы Эви, которая находилась, можно сказать, у него под носом.
К облегчению Себастьяна, граф держался непринужденно, и они дружелюбно беседовали, пока карета катила по Лондону, направляясь на западную окраину города, где на новых участках строились модные особняки, предназначенные для среднего класса. Подобный адрес предполагал наличие у владельца солидного капитала.
Кисло прикинув, сколько денег мог прикарманить Иган, годами присваивавший доходы клуба, Себастьян рассказал Уэстклиффу все, что знал о бывшем управляющем, коснувшись финансового состояния клуба и необходимости внести изменения в его деятельность. Было истинным наслаждением поделиться своими проблемами со старым другом, обладавшим к тому же острым умом, и выслушать его дельные советы. От внимания обоих не ускользнуло, что этот разговор разительно отличался от их прежнего общения, когда Себастьян болтал о скандалах и амурных похождениях, что неизменно вызывало снисходительную отповедь со стороны Уэстклиффа.
Карета остановилась перед кварталом новеньких трехэтажных домов с небольшими мощеными двориками. Фасад каждого из зданий не превышал в ширину четырнадцати футов. Дверь открыла старая, изможденная служанка, с ворчанием отступившая перед ними в сторону. Внутренняя отделка помещений имела невыразительный вид, свойственный домам с меблированными комнатами, которые обычно сдают холостым мужчинам среднего достатка.
"
"Поскольку все апартаменты состояли из трех комнат и кладовки, поиски Игана не составили труда. Бывший управляющий сидел в массивном кресле у камина в гостиной, пропитанной едкими запахами спиртного и мочи. На обоих подоконниках выстроилась целая батарея бутылок, еще несколько стояло возле камина. При виде посетителей Иган не удивился, уставившись на них остекленевшим взглядом хронического пьяницы.
Обрюзгший и неухоженный, он выглядел точно также, как два месяца назад, когда Себастьян уволил его из клуба: с почерневшими зубами, распухшим красным носом и багровой физиономией, испещренной голубоватыми жилками. Поднеся стакан ко рту, он сделал несколько жадных глотков и ухмыльнулся, глядя на Себастьяна водянистыми серыми глазами.
– А говорили, будто из вас вышибли все внутренности, – сказал он. – Но поскольку вы не похожи на привидение, полагаю, это вранье.
