– Женщины постоянно твердят мне это, – сказал он с улыбкой. – А теперь прислонитесь ко мне.
Эви подчинилась, позволив ему обнять себя. Его грудь была широкой и очень твердой, но оказалась идеальной подушкой для ее головы. Поднеся кружку к губам, она сделала осторожный глоточек горячего напитка. Там явно присутствовал алкоголь, смешанный с водой и сдобренный сахаром и лимоном. С каждым глотком ей становилось теплее. Карету по-прежнему качало, но крепкая рука Сент-Винсента прочно удерживала ее на месте. Эви удовлетворенно вздохнула, недоумевая, как ад мог так быстро превратиться в нечто очень похожее на рай.
Никогда прежде она не находилась в столь тесной близости с мужчиной. Казалось ужасно неправильным наслаждаться этим. Но с другой стороны, надо быть совсем бесчувственной, чтобы ничего не испытывать. Природа щедро одарила этого недостойного субъекта. Более того, от него исходило восхитительное тепло. Эви подавила желание прижаться теснее к его большому телу, облаченному в сюртук из отличного сукна, жилет из плотного шелка и рубашку из тончайшего полотна.
К запаху дорогого одеколона примешивалось солоноватое благоухание его чистой кожи."
"В страхе, что ей придется отстраниться от него, когда напиток закончится, Эви старалась пить как можно медленнее. Когда она проглотила последние капли, Сент-Винсент забрал у нее кружку и поставил ее на пол кареты. Эви испытала гро мадное облегчение, когда его рука вновь обвилась вокруг нее. Она услышала, как он зевнул у нее над головой.
– Спите, – шепнул он.
– У нас еще три часа до следующей смены упряжки.
Эви повернулась вполоборота, уютно устроившись в его объятиях, и позволила себе погрузиться в манящие глубины сна.
Остаток путешествия превратился в расплывчатое пятно из бесконечного движения, тяжелой дремоты и резких пробуждении. Измученная вконец, Эви все больше зависела от Сент-Винсента. На каждой установке он умудрялся принести ей кружку горячего чаю или бульона и позаботиться о том, чтобы прогреть кирпич. Он даже раздобыл стеганое одеяло, сухо посоветовав Эви не спрашивать, где он его взял.
Уверенная, что иначе она превратится в сосульку, Эви быстро избавилась от всех угрызений совести и беззастенчиво льнула к Сент-Винсенту, стоило ему оказаться в карете.
– Не думайте, что я вешаюсь вам на шею, – заявила она, пристроившись у него под боком. – Просто вы единственный источник т-тепла, который имеется под рукой.
– Как скажете, – лениво отозвался Сент-Винсент, плотнее закутав их обоих в одеяло.
