Решение Себастьяна возглавить заведение ее отца со всеми его проблемами пугало своей поспешностью. У Эви было такое чувство, словно она привела в клуб домашнего кота, который у нее на глазах превратился в тигра. И единственное, что ей остается, – это беспомощно наблюдать, как он крушит все направо и налево. Возможно, в отчаянии подумала она, если предоставить Себастьяну несколько дней, ему надоест эта затея. А она тем временем попытается свести ущерб к минимуму.
– Т-ты собираешься вышвырнуть их на улицу? – поинтересовалась она с напускным спокойствием.
"
"– Они получат щедрое выходное пособие в качестве вознаграждения за их труды на благо клуба.
– А потом наймешь новых?
Себастьян покачал головой:
– Хотя я не против проституции как таковой, скорее наоборот, будь я проклят, если позволю себе превратиться в сутенера.
– В кого?
– В сутенера, сводника, содержателя публичного дома! Ради Бога, ты что, затыкала уши ватой в детстве? Неужели ты никогда не задавалась вопросом, почему скверно одетые женщины расхаживают вверх-вниз по клубной лестнице в любое время суток?
– Я навещала отца днем, – отозвалась Эви с достоинством.
– И редко видела их за работой. Позже, когда я достаточно подросла, чтобы понимать, чем они занимаются, отец начал ограничивать мои визиты.
– Наверное, это один из немногих добрых поступков, которые он совершил, – заявил Себастьян с нетерпеливым жестом. – Что же касается девиц... дело не только в том, что я не хочу брать на себя ответственность за второразрядных шлюх, у нас просто не хватает помещений, чтобы предоставлять их услуги.
Когда все постели заняты, члены клуба вынуждены удовлетворять свои потребности на конюшне.
– Неужели?
– А там чертовски неудобно и холодно, можешь мне поверить.
– Ты...
– И это при том, что в двух шагах отсюда имеется отличный бордель. У меня есть все основания надеяться, что мы сможем прийти к соглашению с его владелицей, мадам Брэдшоу. Члены клуба, желающие провести время с женщиной, смогут прогуляться до ее заведения, воспользоваться услугами по сниженным ценам, а затем вернуться сюда с новыми силами.
Он выжидающе приподнял брови, словно призывая ее восхититься идеей. – Что ты на это скажешь?
– Скажу, что ты все равно превратишься в сутенера, – сказала Эви. – Только тайного.
– Мораль – это удел среднего класса, дорогая. Низшие классы не могут позволить себе такое удовольствие, а высшие слишком ленивы, чтобы следовать принципам.
