— О-о-о…
— Егор его имя, Егор Хабаров, он там живет, в лесу, в доме отца, один.
— Ничего себе, вот это дела.
Хоть Настя и была потрясена новостью сестры, но фамилия ей показалась знакомой, где-то она ее слышала, и не раз. Нахмурилась, отпила чаю, постучала по столу пальцами.
— Хабаров, да?
— Да.
— Сейчас проверим.
Настя взяла телефон, забила в поисковике фамилию и имя, начала переходить по ссылкам.
— Точно, да, я вспомнила, папа рассказывал о нем.
— Папа? При чем здесь папа?
— Ой, ну вот ты теперь меня поражаешь, сидит, страдает, чуть ли не слезы льет, а элементарно погуглить фамилию не может.
— Не хочу ничего знать.
Лиза действительно не пыталась найти Егора в социальных сетях или какую-то о нем информацию, понимая, что будет думать и накручивать себя еще больше.
— Папа рассказывал, в том году было дело, ты, как всегда, где-то пропадала.
— Что рассказывал? — Лиза напряглась, если рассказывал папа, то ничего хорошего не будет.
— У главы УМВД области дочь сильно заболела, я не буду врать, что там было конкретно, но никто не давал хорошего прогноза.
Нужна была операция, и наш талантливый нейрохирург дал слово, что все пройдет хорошо. Он пообещал, но не получилось, девушка не выжила.
Лиза слушала открыв рот, по спине бежали мурашки, а в голове все складывалось в одну картинку.
— У него еще от отца осталась частная клиника, кстати, хорошая, с квалифицированными специалистами. Но после того случая талантливый и гениальный нейрохирург ушел из профессии.
О нем еще репортаж делали, да и в интернете все осталось, на, почитай.
Настя подтолкнула свой телефон к сестре. Лиза начала быстро читать сообщения на экране. Каждое слово, прочитанное ею, было открытием, но так же отдавалось болью в ее сердце за Егора. Он винил себя в случившемся, не мог простить себе, что не спас девушку. Он ушёл в себя, бросил свою практику и поселился в лесу.
Но эта информация ничего не давала, все что угодно может быть в прошлом, но на настоящее, на их личные взаимоотношения не должно было влиять.
Не хватало еще влюбиться в мужчину с тараканами в голове, но это уже случилось.
Девушка отложила телефон, вздохнула, и в этот момент позвонили в дверь. Лиза встрепенулась, сердце забилось чаще, кинулась, роняя табурет, к двери, распахнула ее.
— Привет.
— Привет… это ты?
Глава 41
— Ну, и как это называется? Добровольное заточение? Ты бы уже тогда шел в монастырь, в послушники, в монахи тебя не возьмут.
