И не сопротивляйся своему счастью, — Валера заржал.
— Я и без этого была очень счастлива. Очень!
А дальше произошло то, чего не ожидал никто. Лиза замахнулась, острием ключа прошлась по щеке Валеры. От неожиданности и острой боли мужчина ослабил хватку, девушка крутанулась на месте, делая полный оборот, не устояла на каблуках и начала падать на бок."
"— Вот же сучка, она поранила меня! Кровь пустила!
Последнее, что Лиза помнит, это удар головой и знакомый голос.
— Придурки, вы что наделали? Вас попросили привезти девушку, а вы мне решили убить ее? Идиоты!
— Да… мы… мы… это… как просили, привезли, а она всю дорогу…
— Сема, закрой рот!
Дальше накрыла темнота и тишина.
Глава 3
— Так, вы, двое придурков, которым ничего нельзя поручить, чтобы шли в гостевой домик и сидели там тихо, не высовывались и не подавали голос!
— А ты что будешь делать? Развлекаться с этой малышкой?
— Валера, я сказал закрыть рот и быстро свалить отсюда! Живо!
Мужчина злился, нервно расхаживал по прихожей в длинном халате, поглядывал в сторону гостиной.
Елизавета попыталась повернуться, но в виске кольнуло болью, поморщилась, приоткрыла глаза. Картинка немного кружилась, совсем чуть-чуть, но когда все встало на место, девушка увидела белый потолок и большую люстру с шестью рожками и плафонами в форме лилий.
— Ох, да что же это такое? М-м-м…
Ветрова схватилась за голову, нащупала шишку справа, а когда снова открыла глаза, от испуга вскрикнула.
— Лиза, Лизочка, все в порядке, все хорошо, это я.
Все нормально, не бойся и не кричи, только не кричи и не волнуйся.
Первая волна паники схлынула, но Лиза так и не знала, что сказать.
Шок и десятисекундный ступор.
Мужчина, чей голос показался ей знакомым, аккуратно сел на край дивана, поправил расстегнутый ворот темно-синей рубашки и шейный платок. Светлые редкие волосы были зачесаны назад, большая залысина блестела.
— Кирилл Юрьевич, что вы здесь делаете?
Да-да, это был тот самый якобы богатый любовник, у которого Ветрова хотела попросить денег за свой выкуп.
А может, это галлюцинация?
Лиза попятилась назад, попыталась сесть, это удалось, диван был угловым и широким. Держась за голову, облизнула губы, во рту было сухо.
— Живу, я здесь живу. Это мой дом. Извини, что так вышло, что ты упала и ударилась, это моя вина и тех двух идиотов.
— Живете? А я что здесь делаю?
Мозг начинал соображать, но туго.
Совсем туго.
— А ты у меня в гостях.
— В гостях? Но я… я ничего не понимаю.
