Что нам в первый раз, что ли когти рвать. Подумать надо. Ты у нас самый умный, вот и давай, думай. Я действительно испугался, пусть для тебя это и смешно, но я в первый раз попал в подобную ситуацию. Мне почему-то захотелось в живых остаться. Ведь мы всегда говорили себе: «Главное мы живы и будем жить еще долго, и кое-кому от этого будет ой как нехорошо».
– Да тут ты прав Семен. Жить всем хочется. Только не думал я, что ты так можешь облажаться. Стареешь брат, стареешь. Жить ему захотелось, видишь ли.
Да теперь за нашу жизнь и гроша ломаного можно не ставить. По всей видимости, выбираться надо отсюда, к своим поближе. Хоть и не ко двору мы там. У чичей нет понятия «не получилось», могут и не понять. Проживем как-нибудь и без Миллигана вместе с его Орденом. Придумаем что-нибудь не ссы.
А ведь так все хорошо шло, просто нарадоваться не мог. Я же почти в заместители по тылу к Коршуну вылез. Дед у меня готов пятки чесать, настолько я его запугал, я не говорю уже об этом Терпиле.
Вот же сука жизнь. Крутит, вертит, как хочет. Как не пытайся устроиться в ней нормально, все равно сделает по-своему. Да, брат, от судьбы не уйдешь. Как начали с бегов из дома родного, так до сих пор в бегах.
Кравчук от безысходности даже застонал.
– Да хватит тебе Кравчук. Где наша не пропадала. Ведь у нас же есть документы другие, сегодня ты Кравчук, вчера ты был Матвейчук, завтра станешь Петрявичус. Главное чтобы нас не поймали.
– Документы есть, тот же Миллиган поспособствовал.
И деньги есть. Хоть на счету, хоть с собой. Вот только куда рванем? Неужели этот контрразведчик что-то понял из Васькиных слов? – Опять засомневался Кравчук. – Тот же ничего не знал. Хотя если сложить все данные, а их наберется немало если покопать, то какая никакая зацепка у них появится. Они, прибыв сюда и переговорив с Коршуновым, попытаются все перепроверить. Начнут тут вынюхивать, и никто не гарантирует, что что-то не накопают. Тот же Юрок для всех нас станет камнем преткновения.
У него шлейф из убитых путешественников по этому Миру тянется нехилый, прямо скажем. А еще больше сплавлено на плантации Амазонки. Вот его надо было убрать, а не Ваську. Сколько Терпиле говорил: «Прекращайте это дело, сколько веревочке не виться обязательно конец будет», а он «нет, все схвачено, все под контролем». Под чьим контролем, придурок. Чуть ли не каждый во взводе патрульных, что квартирует на даче Деда, знал, что и почему.
