Длинная дорога на запад

Кроме ПРА, вряд ли кто нам в этом поможет. Да, мы можем найти подобное место, спрячемся на время, и даже может быть, все утихнет, и нас никто искать не будет. Но давайте мыслить реально. Ведь никто не гарантирует, что не появятся новые людишки, которым захочется за наш счет поживиться. Вы тут говорили про нашу способность защитить себя. Тоже правильно, в состоянии, до поры – до времени. Мы что там, сидеть как в окруженной врагами крепости, станем. И что? Надолго нас таких крутых хватит? Нет, братцы.

... Без «крыши» нам не выжить. А уж если ложиться под кого-то, то надо выбрать достойного.

– Ну не знаю.... Терять то нам так и так нечего, я в смысле если что-то пойдет не так, то мой вариант подходит. Я прав?

– Посмотрим. Давайте к капитану заглянем, ведь что-то хотел.

Капитан в кабинете был не один. Напротив него сидела Нинель. Она приветливо кивнула головой и после приглашения капитана всем проходить и садиться с долей сарказма сказала:

– Что-то я вас Петр не поняла.

Выходит, что с глаз долой из сердца вон. Так вроде бы русские говорят, если кто-то забывает своих друзей?

Петр всегда смущался при разговоре с Нинель, а сейчас еще и покраснел. Он в смущении попытался, как-то оправдаться:

– Что вы, Нинель, как можно, да ни в коем случае, да я....

– Ладно, ладно, не надо оправдываться, товарищ капитан мне уже поведал, что вы были очень заняты. Но все равно я на вас буду обижаться, если вы и дальше так будете поступать.

Так это и есть ваш брат? Познакомьте нас – перевела разговор Нинель – я же должна знать вашу семью, как– никак я уже почти член вашей семьи. Не так ли Петя – она ехидненько, с долей юмора, прищурив свои глаза, в которые смотрел, не отрываясь, Петр, продолжила – ты же не забыл, как заверял и ты, и твой папА, что вся моя семья теперь ваша семья?

– Так, ведь я и не отказываюсь, я наоборот только рад буду, если чем-то полезен вам буду.

.. Фу-у-у, что-то говорю не то.

– Нет, Петр, все правильно говорите. Говорите, говорите мне интересно вас послушать.

И Петр и Нинель на минуту забыли, где они и что не одни в комнате. Глаза смотрели в глаза, и в них-то как раз говорилось основное, они громко кричали: «Как я рад, что вижу тебя», а в ответ «Я боялась, что ты уже меня забыл» и многое другое столь милое двум молодым людям и только им понятное.