Дмитрий Коваль

Ну, не может она оставить человека голодным! Каждый первый её знакомый сказал бы, что она сошла с ума. Что в наш век нельзя оставаться настолько наивной дурочкой, чьей добротой пользуются все кому не лень.

Но Ирина не хотела очерствляться. Не хотела превращаться в бессердечную стерву, прокладывающую себе дорогу в светлое будущее, как принято говорить, по чужим трупам.

Пусть это делают другие…

Она будет жить с чистой совестью.

И её уровень жизни касается только её.

Девушка оттолкнулась от двери и решительно направилась на кухню.

Повара уже ушли. Ира открыла холодильник, достала нарезку, что оставили на утро, на завтрак. Им разрешалось пользоваться простой едой. Деликатесы, конечно, персоналу никто не давал, а тот же сыр, ветчина, зелень — пожалуйста.

Ирина быстро сделала большой бутерброд, в большой пластмассовый стакан налила кофе, посластила его и добавила сливок. Сверху накрыла крышкой.

Минимум, что она может сделать. Уже собираясь выходить, порывисто открыла ящик, достала пакет, в него сложила яблоко и два банана — то, что попало на глаза.

Все эти нехитрые манипуляции она проделывала на автомате, с не утихомирившимся ещё сердцебиением.

В глубине души Ирина хотела, чтобы незнакомец ушёл.

Что мешает ему встать и так же, перепрыгнув через забор, скрыться в темноте?

И больше никогда не появляться?

Ничего.

Но он сидел на том же месте, в той же позе.

Ирина открыла дверь и замерла. Очень сложно оказалось сделать навстречу ему первый шаг.

Она боялась.

Кто-то назвал бы её глупой и неразумной.

Причем сразу по двум причинам. И то, что она опасалась незнакомца, и то, что вышла к нему. Откуда ей знать, что скрывается под толстым свободным джемпером?

— Держи.

Она сказала, ещё даже не спускаясь. Ноги налились тяжестью, словно к икрам привязали по пудовой гире. Сдвинуть их оказалось сложно.

Мужчина снова медленно повернул голову в её сторону.

Девушка ожидала, что он встанет, направится к ней, примет пакет, кофе, бутерброд.

Но он как сидел, так и продолжил сидеть.

Точно не в себе.

Черт…Черт. Черт!

Ирина снова прикусила губу.

И заставила себя спуститься. Раз подписалась, то нечего теперь сдавать назад. Она всегда может закричать. Что он способен с ней сделать? Ирина оборвала себя. Не стоит думать о плохом, к тому же она специально не стала закрывать дверь, чтобы создать дополнительный свет от коридора. И в случае, если она закричит, кто-нибудь её да услышит.

— Вот, — она подошла к нему, но приближаться близко не стала. — Возьми.