Дневник 13-ой Наложницы

— Как ты смеешь находиться в моих покоях без разрешения?

От этого голоса кровь стынет в жилах даже у меня, что и говорить о нарушительнице спокойствия?

Девушка испуганно сжалась, пытаясь оправдаться перед фигурой вернувшегося властителя.

— Убирайся прочь. Если я увижу тебя еще раз здесь – ты будешь изгнана.

Она больше не пытается спорить. Просто поникает плечами и уходит.

Я провожаю её долгим взглядом и не выдерживаю:

— Странно говорить подобное наложнице, Ваше Величество.

— С завтрашнего дня она не моя наложница.

Я отдал её одному из своих вассалов.

… Игрушки могут наряжаться в красивые наряды, а могут выкидываться. Но они никогда не станут равными хозяину.

В ту ночь… Когда я вышла из ванны, Ледяной Король поманил меня ближе. И я пошла.

Секс с ним… Был отдушиной. По всем законам, я не должна была наслаждаться этим. И оно, конечно, нисколько не умаляло злости. Но когда наши тела сплетались, мы говорили о том, что никогда не будет произнесено вслух.

И уже после того как горячее дыхание начало оседать паром на витражах, я вновь заговорила с Дарреном.

— Ты крайне холоден к женщинам. Так всегда было? – не то чтобы я думала, что он ответит. Но хороший секс и терпкое вино как нельзя лучше побуждают к беседе. Даже если это такая льдышка, как он.

— Во Дворце не бывает любви и привязанности. Каждая женщина преследует свои цели. И ты тоже Церера, - он пожал плечами, делая глоток вина. Потом хмыкнул, сплевывая.

— Надо же, отравлено.

Я напряглась, глядя на Короля, но тот оказался спокойным.

Словно это небольшая проблема. И без его слов я догадывалась, что магия , вероятно, нейтрализует яды. По крайней мере, смертельные для жизни. Иначе мои поцелуи оказались бы для него фатальными.

— Видимо, тебя часто травили."

"— А как иначе? С тех пор, как я был ребенком… Это случалось.

Он сегодня на редкость разговорчив. Возможно оттого, что перебрал вина?

— Ребёнком… Хах. Мне всегда было интересно. Твоя мать действительно покончила жизнь самоубийством?

Этот вопрос был опасным.

Даже слишком. Он напрямую касался тайн Ледяного Короля и я до сих пор не знала – стоит ли об этом спрашивать. Но вырвался он в итоге сам собой.

Губы Даррена сжимаются в тонкую линию. Он закатывает посветлевшие глаза к потолку и выдыхает, переводя на меня насмешливый взгляд. В этот момент он так похож на Картаса, что аж жуть берёт.

— Моя мать… - он произносит это медленно, будто пытается распробовать на вкус.

— Это было не самоубийство. Я убил свою мать.