Дневник моего исчезновения

Сюзетта наклоняется вперед:

– Стефан, будет проще, если вы будете с нами сотрудничать. Мы не хотим навредить вам или вашей семье, мы только хотим узнать, что произошло в ту зиму.

– Ничего. Ничего не произошло. Я там подрабатывал, а потом перестал.

– Что вы думали о беженцах? – спрашивает Сванте.

– Что думал? Ничего я о них не думал.

– Думали ли вы, что это хорошо, что Урмберг приютил беженцев? – спрашивает Сванте, наклоняясь вперед.

Стефан качает головой.

– Я вижу, что вы качаете головой, – говорит Сюзетта, – пожалуйста, ответьте словами.

Она кивает на микрофон, свисающий с потолка.

– Нет, – отвечает Стефан. – Разумеется, я так не думал. Мне это не нравилось. Но лично против беженцев я ничего не имел. Ничего личного. Не знаю, как объяснить. Просто считал, что лучше бы им поселиться в другом месте.

Сванте чешет свою бороду.

– И вы не водили близкого знакомства с некоторыми из них? Например, с Азрой и Нерминой Малкоц?

Стефан трясет головой.

– Отвечайте словами, – повторяет Сюзетта.

– Нет, не водил.

– А зачем вы тогда за ними шпионили? – спрашивает Сванте.

Тон голоса нейтральный, вопрос задан как бы невзначай, словно Сванте не придает этому особого значения, просто ему любопытно услышать ответ.

– Я ни за кем не шпионил.

Стефан закрывает лицо руками и всхлипывает.

– Черт! – бормочет он. – Вы испортили мне жизнь! Понимаете?

Сюзетта наклоняется вперед, накрывает руку Стефана своей, словно проверяет, как долго ей удастся играть в игру «хороший-плохой полицейский», пока Стефан ее не просечет.

Стефан не реагирует."

"– Стефан, – ласково говорит она, словно обращаясь к ребенку, – мы поговорили с бывшими сотрудниками приюта. Они рассказали, что поймали вас в саду осенью 1993 года. Дома у вас ружье без лицензии на его хранение. Вас и вашу машину видели рядом с местом преступления. А вчера мы у вас в прачечной нашли драную рубашку всю в крови. Все это дает нам основания подозревать вас.

Стефан прячет лицо в руках. Его трясет.

Манфред придвигает стул к окну и шепчет:

– Сейчас сознается!

Стефан рыдает.

Сюзетта привычным жестом придвигает коробку с салфетками, но Стефан ничего не замечает.

– Стефан, – просит она, – помогите нам понять. Расскажите, что произошло.

Стефан берет себя в руки. Выпрямляет спину, кивает, берет салфетку и сморкается.

– Это был я, – говорит он и снова плачет.

Сюзетта застывает.