Но сейчас я не о местных жителях, а об… обстоятельствах, скажем так.
Обстоятельный маг убирал за нами, освобождая полянку от следов нашего пребывания. Даже примятую лежаком травку поднял.
— Я готов, — сообщил он мне, когда я уже с трудом могла определить, где проходили границы нашей полянки, и протянул руку. — Идём?
— Идём. — Я сжала его ладонь. — А ты знаешь какие-нибудь растения вокруг? Кроме той смородины, что нам в чай заварил?
Леонарду неопределённо посмотрел на меня, и я принялась объяснять, что такое смородина и чай, и как хорошо они друг друга дополняют.
Лео опознал пару растений, ном это не помогло, потому что никакими полезные свойствами они не обладали.
Вскоре за деревьями стало светлеть. Мы подошли к лесной опушке. Минутку замешкавшись, решая, в какую сторону нам двигаться, Лео двинулся направо. Ну правда, дорогой дневник, какая разница, куда идти? Окажется, что мы пошли не туда, ‑ всё сожжём, разрушим и вернёмся!
Лео немного изменил окраску наших костюмов до темно-зеленого с коричневыми, полосами, как стволы.
Благодаря этому у нас не было нужды прятаться в глубине чащи, и дорога прекрасно просматривалась.
Именно поэтому я увидела его.
Это был мужчина.
И он был распят.
Не на таком кресте, который нам знаком по христианству, дорогой дневник, а на диагональном, собранном из двух, привязанных к огромному столбу, досок.
Или брусков. Отсюда не понять."
"Он застонал.
Даже птицы замолчали, будто специально для того, чтобы мы непременно его услышали.
Лео дёрнул меня за руку. Я поняла, что стою на месте и пялюсь на жертву.
— Идём, Поля, мы ничем не можем ему помочь.
— В крайнем случае, мы поможем ему умереть, — щедро предложила я.
Глава 9.3
Сегодня у нас внеочередная прода. По идее, завтра должна быть очередная, но я не обещаю. Сильно и гадко простыла.
— Прямо-таки «мы»? — насмешливо уточнил Лео.
Я задумалась. Да, в роли исполнителя эвтаназии мне ощущалось не вполне. Наверное, с моей стороны было не очень честно решать, насколько к этому готов Леонарду.
— Я уже не говорю о том, что наша задача — максимально скрытное передвижение. Если мы сейчас полезем добивать бедолагу, это будет равносильно плакату: «Здесь были Лео и Поля».
— Никто не знает наших имён, — буркнула я.
Конечно, Лео был прав! Но соглашаться ним не хотелось.
— Боюсь, наших преследователей они и не волнуют. Им важнее, что мы устроили поджог в месте дислокации войска и диверсию на руднике.
