Онлайн-библиотека книг
А этот баклан отдал мне результаты расследования, которые мы с отцом проводили совместно. Ну не дурак ли?
— Какого расследования? — мямлю, стараясь не выказать слишком большой интерес.
— По поводу гибели моего брата, — сухо бросает Матвей. — Но это тебя не касается, Крис… Прости, что не выяснил сразу и позволил придурку испортить наш свадебный день.
— Ничего страшного, — блею я, наблюдая, как Никита подойдя к подъехавшему Мерсу и кидает на заднее сиденье ненавистную папку.
Потерялась бы она где-нибудь!
27. Кристина.
Теперь куда?
Вглядываюсь в невозмутимое лицо мужа. Вот уж кто умеет держать покер-фейс.
— А давайте на кораблике покатаемся? — предлагает Матвей. Улыбается довольно мне и Лизе.
Ну как отказать? Мужик старается, вроде…
— Хорошая идея, — киваю я. Рядом прыгает радостная Лизавета.
— Кораблик! Хочу! Хочу! А где он припаркован? — спрашивает моя дочка бесхитростно.
— Кораблик не припаркован, а пришвартован. Тут недалеко, малышка… Можем пройтись пешком, — обращается ко мне.
Я бы проехалась. Но там, в машине, лежит дурацкая папка. Вдруг Шершневу придет в голову ее посмотреть. Лучше оттянуть этот момент."
"— Давай прогуляемся, — улыбаюсь, стараясь казаться счастливой. Так надо. Сегодня день моей свадьбы.
— А мы увидим дельфинов, Матвей? — спрашивает Лиза, ухватив Шершнева за руку.
Тот замирает на короткий миг и тут же усаживается на корточки перед ребенком.
— Я теперь твой папа, — обхватив мою дочку за плечи, заявляет просто, без всяких предисловий.
— Это хорошо, — смеется Лизавета, обнимая широкую шею Матвея. — Как же я мечтала о папе!
Сильная рука скользит по маленькой спинке.
— А мне всегда хотелось такую чудесную дочку! — чуть хрипло произносит Матвей, прижимая малышку к себе.
Мне бы радоваться. Но внутри растет и запускает щупальца в душу черная едкая ревность.
«Лиза только моя!» — так и хочется заорать во все горло. Но молчу. Ругаю себя, Матвея и Лизавету за предательство.
— Тогда вперед! — весело командует Шершнев, настоящий вожак стаи.
— Не волнуйся, твой купальник и Лизкины труселя Настя положила, — замечает совершенно спокойно.
Как будто это меня волнует больше всего!
Немного передергивает только от мысли, что в моих вещах опять копались посторонние. Но похоже к этому уже пора привыкнуть.
— Хорошо, спасибо, — стараюсь сохранить душевное равновесие.
