Андрей Христофоров действительно сидел с таким видом, словно вовсе не хотел находиться в студии.
– Может, у парня просто хороший вкус и он уже жалеет, что участвует в этом балагане? – предположила я.
– Андрей, мы ждем! – поторопил Христофорова Халатов.
– Послушайте, а нам обязательно об этом говорить? – вздохнул тот. – Моя мама была балериной. У нее был роман с Гуреевым. Мама и… Мама уверена, что я его сын.
– Интересная оговорка, ты заметила? Он сказал: «мама и…» – видимо, мамино мнение разделяет еще кто-то, важный для этого парня, – предположила я.
– И вместе с мамой этот важный кто-то загнал парнишку на ток-шоу, откуда он и хотел бы уже сбежать, а кто ж его отпустит! – кивнула жестокая Натка. – Не-е-ет уж, сказал «А», проговаривай и «Б», и «Х», и другие непечатные буквы!
– Мы бы очень хотели узнать подробности этой романтической истории, – Халатов едва ли не облизнулся.
– А я бы очень не хотел их рассказывать, – отбрил его Христофоров.
– Ну что же. – Ведущий вовсе не выглядел разочарованным. – В таком случае я должен сообщить публике, что Андрей Христофоров – единственный из присутствующих тут претендентов на наследство – рискнул пройти решающую проверку. Чтобы доказать свое кровное родство с великим артистом, он согласился сделать генетический анализ на отцовство!
– А вот и ответ на мой вопрос! – хлопала в ладоши моя сестрица. – Да! Йес! Генетический анализ – вот что мне нужно сделать!
– Ты знаешь, сколько это стоит?! – ужаснулась я.
– Нет. А ты знаешь?
Я кивнула на экран:
– Андрею Христофорову это обошлось в пятьдесят тысяч, я уже видела в деле квитанцию из диагностического центра.
– Пятью пятьдесят… – Натка скосила глаза, пошевелила губами – произвела подсчет. – Ого! Мне понадобится четверть миллиона?! А нельзя как-то подешевле?
– Подешевле у разных жуликов и аферистов, их полно, они тебе любой результат нарисуют, какой попросишь. Но если нужна такая идентификация участников, которая имеет юридический вес, то придется раскошеливаться…
– Так, может, есть оптовая скидка? Все-таки я сразу пять анализов буду делать…
– По-моему, это дурацкая идея, – сказала я.
– Зачем тебе это определение отцовства? Разве вам с Сенькой без богатенького папочки плохо живется?
– Без богатенького папочки нам хорошо, а вот без его денег плохо. – Натка яростно почесала в затылке, взлохматив локоны.
