Так хочу, чтобы жизнь моего сына сложилась без тревог и без препятствий.
Не устану за него молиться, чтобы судьба моего сына не обидела счастьем.
Не важно, сколько пройдёт лет: пусть всегда светятся счастьем глазки моего ребёнка.
— Теперь я действительно вижу, что у тебя всё хорошо, дочка, — вернул меня из мыслей голос мамы.
Посмотрела на неё и улыбнулась шире.
— Я же тебе говорила об этом.
— Знаешь, после того, что ты пережила, сложно сохранить в себе силы продолжать радоваться и жить, не оборачиваясь назад, — проговорила она.
— Но ты ведь живёшь, мам, — сказала ей тихо.
Брат посмотрел на меня исподлобья и вздохнул. Отвернулся к окну, всматриваясь в пролетающий за окном машины пейзаж вечернего города.
— Твоё сердце тоже столько вынесло и выстрадало, мама, что кто-то другой давно бы сломался, но не ты. У нас в семье, твёрдость духа и упрямство заложено в крови, поэтому, не удивляйся, что я добилась своего.
Она грустно улыбнулась и ничего не сказала.
Брат долго буравил меня взглядом, не выдержал, и спросил:
— Света, а ты любишь… его?
Посмотрела в глаза Пашки и ответила на полном серьёзе и честно, как оно есть:
— Я его уважаю, Паша и очень дорожу нашими отношениями.
Пашка кивнул и покосился на водителя.
Махнула головой, что мол, ничего, он не расскажет о нашей болтовне.
— А он тебя любит, — проговорил Паша, понизив голос. — Я видел, как он на тебя смотрит, пока ты не видишь.
— Я тоже заметила этот взгляд, — добавила мама.
Нахмурилась.
— Как он на меня смотрит?
— Как будто съесть тебя собирается, — хохотнул мой брат.
Но мама цыкнула на него и сказала:
— Дмитрий смотрит на тебя точно так же, как ваш отец смотрел на меня. С любовью смотрит он на тебя, Света. Любит. Но я думаю, что он пока сам этого не осознал.
Я задумалась и внешне никак не показала своих чувств, которые внутри меня буквально запорхали!
Неужели и правда, Дима меня полюбил?!
А я не замечала его взглядов.
Но зато его отношение к себе отметила давно.
Он заботился обо мне. Заботился так, как это делают люди, которые действительно переживают за человека, беспокоятся о нём.
Это выражалось не в подарках, которые, безусловно, были. Не в нежных словах, которыми Дима не особо меня баловал.
Его отношение выражалось в таких мелочах, как просьба одеться потеплее. Или же сам подходил и накидывал мне на плечи плед.
И таких моментов было много, очень много. Но осознала их я только сейчас. Когда мама с братом, можно сказать, раскрыли мне глаза.
