Больше никогда не смейте меня так оскорблять, — в голосе частного детектива зазвенела сталь, и его злость буквально стала ощущаться в воздухе.
— Не злитесь, Владимир Фёдорович, — сказала в ответ на его недовольную тираду. — Жизнь меня научила больше никогда и никому не доверять. Люди слишком жестоки, Владимир Фёдорович… Они легко могут растоптать твоё счастье, обсмеять твои беды и пройти мимо горя…
Закрыла на мгновение глаза и, взяв в себя руки, уже твёрдым и сильным голосом ответила:
— К сожалению, это качество теперь мне недоступно.
Он вернул мне такой же долгий взгляд, каким я наградила его недавно и произнёс:
— Не все такие, Светлана Михайловна. Не все.
Пожала плечами и открыла папку.
Уваров сделал свою работу.
Отдала детективу оставшиеся деньги и покинула его офис.
Вслед мне донеслись его слова… А быть может, мне померещились они:
— Будь осторожна с Северским.
* * *
Наизусть выучила содержимое папки: я теперь знала, какие рестораны предпочитает посещать Северский; какие курорты являются его любимыми; сколько лет он женат и на ком; что отношения с его супругой натянутые и больше формальные; любовниц он никогда не светил, заботясь о своей репутации, но, Уварову удалось найти несколько его измен.
Был и список дел, которые он рассматривал и которые завершились не в пользу важных людей и их компаний.
Северский был серьёзным человеком."
"Его биография меня впечатлила, но не вызвала никаких эмоций. Видимо, на время своей борьбы, я утратила все чувства.
Враги…
Враги у Северского конечно же были… И по «счастливому случаю» они все находились в одноимённых местах – одни на кладбище, другие – за решёткой.
— Что же ты за человек, Дмитрий Северский? — произнесла я вслух. — Неужели, ты боялся этих людей? Или, быть может, просто устранил их, чтобы не оглядываться по жизни? Не знаю…
Прекрасно понимаю, что он просто взял и уничтожил своих врагов. Очень просто сломать кому-то жизнь, имея такое высокое положение, как у него, большие деньги и многочисленные связи. Хренов, вершитель судеб!
Я никогда никого не ненавидела.
Я не знала этого чувства, но после того, как Северский прогнал меня и даже не захотел ни на минуту выслушать и просто по-человечески поговорить, я поняла, что ненавижу его.
У него мой сын. МОЙ СЫН.
И мне сейчас было абсолютно всё равно, что он не знал о подмене.
Косвенно, но он тоже причастен к преступлению!
Я также прекрасно понимаю, что бороться с Северским законными путями бессмысленно.
Кто я и кто он.
