Днк, или Верни моего ребёнка!

Прости за ту боль, что я причинила тебе…

На этом всё, запись закончилась…

— Пусть Бог тебя прощает, — сказала я с лютой ненавистью, до хруста сжимая в руке пластиковый диктофон.

Как же чудовищны люди…

А ведь когда-то я была юной и пылкой девчонкой, наивной и смотрела на этот огромный мир удивлёнными и широко распахнутыми глазами. Сейчас мне кажется, что это всё был сон, и той девчонки никогда не было…

Я любила и хотела любить весь мир, хотела становиться лучше день ото дня и дарить людям радость.

Человеческие пороки и страхи убивают всё самое прекрасное и доброе, что только есть: жадность, эгоизм, жажда власти, злость, зависть, жестокость… Как же их много…

Их разрушенные пороками души – это плесень, которая затрагивает других людей… И меня затронула, как самая настоящая зараза.

Я никогда не забуду тот день, когда мечтала, чтобы меня живой закопали вместе с холодным телом моего сыночка, потому что именно тогда моя жизнь закончилась…

Но теперь, я как птица Феникс обязана воскреснуть, обязана стать сильной и непобедимой.

Северский Дмитрий Мстиславович, сорок три года. Председатель арбитражного суда…

Великолепная репутация этого человека не подвергалась никакому сомнению.

По крайней мере, интернет ничего дурного о нём не выдавал.

«Наверное, специальные люди «чистят» ненужную информацию», — подумала устало и сжала виски. Потёрла их, стараясь унять внезапно возникшую головную боль.

«Раз Северский судья, то он должен будет понять, чем ему может грозить разглашение той ситуации, в которую он оказался втянут.

Вздохнула и кликнула кнопкой мыши по фотографии.

Северский, судя по снимку, был мужчиной высоким. Костюм не скрывал его спортивного телосложения.

Это было лицо хищника – опасное, резкое. А взгляд такой, что даже от снимка я ощутила его мощную ауру власти и жёсткости.

Этот человек привык командовать. Привык отдавать приказы и вершить судьбы.

Холодные, льдистого цвета глаза отражали внутреннюю силу и грозный характер своего владельца.

Я отчётливо почувствовала в нём волю и энергию человека, который способен бороться с любыми вывертами судьбы.

«Чёрт…», — пробормотала про себя, чувствуя, как сердце сжимается от страха. — «Как же мне с ним договориться? Почему-то я уже уверена, что этот человек откажется вернуть мне сына…»

Одна только мысль, что у меня может ничего не получится, вызывала панику и ужас.