Днк, или внебрачная дочь монстра

И прошу, ни слова не говори моим родителям о своём дерзком предложении, поняла меня?

Калейдоскоп эмоций обрушился на меня. Хлёстким импульсом пронеслась дрожь по телу, отрезвляя.

«Я, чёрт возьми, женщина! И перед Макаром предстала в ужасном виде! В мятой одежде, со всклоченными волосами, бледная, и будто немощная вся... А сейчас приедет его семья... О мой Бог...»

Я заметалась по палате, но потом взяла себя в руки и кивнула.

«Как хорошо, что при палате имеется душевая, маленькая кухня и гардеробная».

— Я вызову сейчас медсестру, чтобы она присмотрела за Дианой, пока я…

— Не нужно.

Я буду рядом с дочерью, — сказал Макар и сел рядом с малышкой, вливаясь в её игру.

А я, в каких-то разобранных чувствах, направилась приводить себя в порядок, так как, и правда, выглядела я, мягко говоря, совсем не ахти.

«А слова Макара о том, что он подумает о моём предложении, вселили совсем крошечную надежду на его положительный ответ. Но пока я не услышу его, страх так и будет моим постоянным спутником. Страх потерять Диану.

Ведь, Макар уже сделал огромный шаг в направлении, что забрать её у меня. Диана теперь была Севастьянова, его законной дочерью. А я… А я всего лишь тётя и няня».

Но кто сказал, что я сдамся?

Когда я вернулась, переодетая в самое лучшее, что у меня есть, с ненавязчивым макияжем на лице и собранными в аккуратную косу волосами, Макар разговаривал по телефону и взглядом указал мне на кресло. Одной рукой он держал телефон, другой он помогал Диане с игрушками. Малышка усаживала своих мишек, лягушек и куколок в ряд, по своему собственному принципу.

— Да, скажи, что я одобрил этот проект. Пусть запускает его…

— Нет, я ещё не скоро появлюсь в офисе…

— Собери всех через три дня, я проведу собрание онлайн. На этом пока всё.

Макар завершил деловой разговор и убрал телефон в карман пиджака, и только потом перевёл взгляд на меня.

В какой-то мистической глубине его чёрных глаз таились самая настоящая опасность и... любопытство?

Диана довольно загукала что-то своё и начала дрыгать ножками, призывая своего папку не отвлекаться, а играть с ней.

Всё в малышке казалось мне прекрасным. Я искренне считала, что это самая чудесная и прекрасная девочка на всём белом свете.

— Встань, — сказал он мне.

Поднялась с кресла и замерла под его оценивающим взглядом.

С минуту, которая показалась мне вечностью, Макар молча разглядывал меня.

Я была одета в зауженные джинсы тёмно-синего цвета, и белую блузку с рукавами-фонариками, расшитую белым же кружевом.