Как же я люто его в этот момент ненавидела, и себя за то, что внизу живота все скрутилось в тугую спираль, появилась ненужная, унизительная потребность почувствовать не только его пальцы. Разум орет и воет от его слов, а тело дергается в сладком предвкушении…помнит проклятое каково это с ним. И каково это пять лет без него.
— А сегодня мокрая…почему? Что делала здесь? — шепчет в лицо прижимаясь мокрой щекой к моей щеке. Кофта тут же намокла от его мокрой рубашки или пиджака."
"— Отпусти, — выдохнула и попыталась освободиться, но он прижал сильнее, выскользнул изнутри, пальцами отыскивая клитор, нажимая на него все сильнее.
И меня уже колотит, знобит и лихорадит, я чувствую, как над губой выступили бусинки пота. Облизать их языком и тут же услышать его низкий стон. Удерживает мои ноги раздвинутыми своим коленом.
— И даже это сейчас ложь. Лживая Нюта…как давно ты стала такой лживой, моя девочка? Или ты была такой с самого начала? Что ж я так зверски хочу тебя, а?
Он ускорил движения пальцев, и я закусила губу уже сильнее, почти до крови, до боли.
Уперлась ладонью в дверь пытаясь оттолкнуться от нее, но он сжал мое запястье.
Вдруг вытащил пальцы в тот момент, когда я с мучительной унизительной болью внизу живота ощутила, как он толкает меня к точке невозврата. Как подушки его пальцев безошибочно точно гладят, дразнят, ласкают и сжимают, не давая кончить, останавливаясь в тот момент, когда я уже готова взорваться и всхлипы срываются с губ, несмотря на то что я их яростно сжала, чтоб не произнести ни звука.
Но мне хочется заорать, когда убрал руку, невольно выгнулась и потянулась за нею, чтобы тереться ноющей плотью.
Слышу, как расстегивает ширинку, и волна безумного восторга начала подниматься внутри. Грубо сжал грудь проникая за вырез кофты, под лифчик, тут же сдавливая твердый сосок и я застонала вслух, больше не в силах терпеть и притворяться. Сердце больно колотится о ребра поднимаясь прямо к горлу, а от возбуждения в ушах нарастает гул и рев.
Я соскучилась по нему. Я ужасно по нему соскучилась. Боже, я должна вырываться, я должна сопротивляться этому подонку изо всех сил…и не могу…Потому что изголодалась по его горячему телу, вжимающемуся в мое, по его наглым и властным рукам, терзающим мою плоть, по каждому вздоху словно кипяток, опаляющему мои щеку.
— Я изголодался по тебе…изголодался…А ты…давай. Сделай вид, что и ты тоже.
