"
"Ладно, не время философскими вопросами заниматься. У них реальные проблемы и угрозы имеются… Но как же, блин, не вовремя! А он уже реально размечтался, что сумеет завтра с Тоней поговорить, объяснить, что заставило его тогда так поступить, прислав записку и колье… Может, про «звезду» напомнит, которую она так и не выбрала, какие-то новые ниточки-связи натянет между ними…
Твою налево! Да он даже был готов признаться, как неожиданно херово оказалось без нее засыпать и просыпаться, как тяжело было удержаться от того, чтоб хоть пару слов отправить, позвонить… Наверное, Тоня не поверила бы, но Дамир, выходит, готов был на все художественные выставки с ней еще год ходить, лишь бы как-то перекрыть эти недели и то, что сделал…
Но и от решения вот так ее обезопасить не мог отказаться, не видел в полной мере более подходящего варианта.
Чертова бритва Оккама с самым простым выбором и выходом… А что делать, если на кону реальная угроза ее безопасности?
Едва выдержал…
Сейчас они в правоохранительные органы обратились, Леха пошел заявление писать по-тихому, чтобы внимание не привлекать.
Все теперь с госохраной ходили. Впрочем, не полагались только на это, никуда своих парней из частной охранной фирмы не уволили.
Надавили на Марченко, даже тот, не афишируя, показания давал, тоже опасаясь за свою жизнь… Слишком уж весомый кто-то покрывал их неожиданных противников.
Воронов вроде пообещал, что назад сдаст с банком тем, не стоит оно таких жертв. И попритихло все, казалось, надежда у Дамира появилась…
И вот опять, блин, ни-хе-ра! Жизнь заново его с Саньком по макушку в грязь макнула, ну и с Лехой на пару, на которого они сейчас оба были дико злы, если честно!.
. Потому что соврал им, выходит, и все еще пытался обойти всех, провернув сделку хоть по частичному пакету акций, что всем и аукнулось.
— Ничего… — Чехов теперь шумно вдохнул, тяжело растерев лицо руками. Потянулся к карману за сигаретами. — Твоей вины тут вообще нет, — щелкнул зажигалкой, как-то глубоко затянувшись, будто дымом пытался воздух заменить, которым не мог надышаться.
А Дамира уже воротило от никотина, столько за день выкурил, что выворачивало.
— Слыш, Дам, — вдруг окликнул его Чехов, как подумав о чем-то. — Но ты-то можешь планы и не менять, поговори завтра с Тоней. Взрывчатку же этой ночью нашли у меня и у Лехи. На тебя они, кажется, сейчас не нацелены… — в голосе друга четко слышалось сомнение, но он пытался его подбодрить, похоже.
