Мелькнула отчаянно-ироничная мысль, а в пропасть пошел бы следом? И тут же в голове ответом то, как он ей, распростертой по окну, говорил: «Не отпущу, упадем вместе»…
Мороз по спине… Или это от ветра? Ведь ушел уже раз, отпустил, предал доверие. Как теперь хоть чему-то верить?..
— Нельзя было иначе, птичка. Все объясню, обещаю, — хрипло выдохнул Дамир, и вновь на ее губы набросился, преодолевая сопротивление ее рук, забирая и воздух, и боль, и сомнения, все собой вытесняет!
А Тоня… Именно в этот момент не хватает сил ни на противостояние, ни на разборки.
Как в ломке все эти недели жила, а теперь ей вновь дали дозу наркотика, которым оказался для нее Пархомов. И нет силы отказаться, не выходит отстраниться! Цепляется за него всем, чем может только, разве что зубами в язык не впивается!
Трясет обоих, забыли обо всем. Дамир ее губы ни в какую не отпускает, пирует ими, жадными руками все тело разом пытается обхватить. Притиснул к себе так, что Тоня и о холоде забыла, жар расплавляет каждую клетку! Обо всем ином некогда думать, этого момента бы не упустить! Хватает воздух в коротких перерывах, когда он прекращает губы терзать, дуреет от запаха его парфюма!.
. Любимый!
Кто только? Мужчина или запах?.. Дамир. Не может сейчас саму себя обманывать.
Сама откидывает голову, чтобы ему легче было алчным ртом и колючими щеками до пульса добраться, заставляя гореть и сжиматься все узлом в животе. Не в состоянии сейчас отстраниться, несмотря ни на что! Даже если прямо здесь захочет взять ее, нет сил его отпустить! Дурман и безумие в голове…
— Охренеть!.
. Ок, об этом я не подумала бы даже…
Тихий, придушенный возглас Эли разрушил, раскрошил этот кокон отчаянной нужды и тяги. Напомнил, что они не одни! Заставил Тоню вздрогнуть, вцепиться в плечи Дамира, уткнувшись лицом в его шею. Сама не осознала, как ему доверилась, за его спиной пыталась спрятаться, передышку получить, восстановить дыхание.
Пархомов же был не против, кажется. Крепко перехватил ее за пояс, продолжая прижимать к себе, как защищая от всего остального мира своей спиной.
Благо, та была достаточно широкой.
Оглянулся, проверяя, видимо, кто там появился, хотя Тоня и так поняла. Лишь бы только подруга одна пришла…
— Вы — Эля, верно? Лучшая подруга Тони, — судя по всему, для Дамира тоже не было секретом, кто нарушил их уединение. И сориентировался он куда быстрее.
— Да… — почему-то смешно было слышать то, насколько подруга ошарашена.
