Мерзкий тип успел ударить девушку по лицу, она упала на колени, и тут подоспел Михаил и так приложил мерзавца по голове тяжеленным альбомом, что тот осел на асфальт. Михаил вспомнил, как его совсем недавно ударил по голове такой же подонок, как шарили жадные руки по его карманам. Сознание заволокла ярость. Тип на асфальте зашевелился, и он пнул этот мешок с дерьмом пару раз ногой.
Девушка поднялась самостоятельно и теперь прижимала руку к щеке.
– Сильно он вас? – опомнился Михаил.
– В больницу отвезти?
Она молчала, только слезы капали из-под пальцев.
– Ну-ну, – усмехнулся Михаил, – на ногах стоишь, ходить можешь, я вот в таком же случае полночи провалялся…
Она вдруг задрожала крупной дрожью, и тут до Михаила дошло, что она смертельно боится. Не только того типа, что валяется сейчас на асфальте, а и его, Михаила. Девушка была небольшого роста, очень худенькая и миниатюрная, от всей фигурки веяло хрупкостью.
Однако Михаил вспомнил, с какой силой она вцепилась в сумку, и переменил свое мнение.
– Ты чего же ему сумку-то не отдала? – спросил он. – Ведь эти сволочи и убить могут. Денег, что ли, там много?
– Там ключи от кладовой, – еле слышно сказала девушка. – Потом с начальством не разберешься, уволят с работы…
Он осторожно отвел ее руку от лица.
– Ну, и ничего страшного, щека распухнет, конечно, синяк будет… – он вытер ей слезы своим носовым платком, – до свадьбы заживет…
Она шмыгнула носом, потом посмотрела сквозь слезы.
– А я вас знаю. Вы часто продукты у нас покупаете…
– Ну да. – Михаил вгляделся в зареванную физиономию, но не мог вспомнить. – Наверное, я тоже тебя видел…
Тип на асфальте зашевелился и застонал. Михаил подавил желание еще раз как следует двинуть его ботинком по ребрам.
– Отвезти тебя домой? Или милицию будем вызывать?
– Что вы! – она вздрогнула.
– Не надо милицию. Начнется разбирательство, а тут вы еще его побили…
В машине она поглядела на себя в зеркало и расстроилась. Щека распухла, глаз помаленьку начал заплывать.
– Спасибо вам, – голос ее дрогнул, – если бы не вы…
– В следующий раз не играй в героиню, отдавай все, что есть, а то как бы хуже не было, – строго сказал Михаил.
