– Зачем вам все это? – разочарованно протянул Михаил. – Лично у меня не самое праздничное настроение…
– Мы устроим праздник не себе, а противнику, – пояснил Маркиз. – Раз мы лишились фактора внезапности, нужно сбить его с толку! Он и так нервничает – эти пионерские песни для него стали такой же неожиданностью, как для нас. Усилим этот эффект. Но для начала нужно выяснить, где он находится.
Эх, хорошо стране полезным быть, красный галстук с гордостью носить! —пели на весь лагерь жизнерадостные детские голоса.
Леня стал один за другим надувать шарики, Михаил присоединился к нему.
Когда они надули штук двадцать, Маркиз широко распахнул окно и выкинул в него все шары. Их подхватил ветер и понес вверх вдоль стены клуба.
То березка, то рябина, куст ракиты над рекой… —завел детский хор новую песню.
Маркиз высунулся в окно и следил за разлетающимися шариками.
Один из них пролетел мимо окна второго этажа, и вдруг раздался выстрел. Красные клочки разлетелись в разные стороны.
"
"– Отлично! – проговорил Леня. – Его нервы не выдержали, и он выдал свое местонахождение! Идем навстречу опасности!
Он сложил в пакет петарды и хлопушки и выбрался из радиокомнаты.
Пройдя по короткому коридору, спутники оказались возле лестницы, ведущей на второй этаж.
– Наверняка именно отсюда он нас ждет, – прошептал Маркиз. – Поэтому придется снова отвлечь его внимание!
Он зажег одну из петард и выбросил ее в окно.
На площадке перед клубом забил в небо фонтан огня.
– Быстро, пока он отвлекся! – И Леня взбежал по лестнице.
При этом он едва не сломал ногу – одна из ступенек прогнила и подломилась. Перескочив через нее, Маркиз предупредил Михаила об опасности.
С лестничной площадки вели две двери, кроме того, здесь же был выход на длинный балкон, протянувшийся вдоль всего здания.
– Сейчас нам придется разделиться. – Леня проинструктировал своего напарника и отдал ему часть петард. Они сверили часы и двинулись в разные стороны.
Сам Маркиз выбрался на балкон и крадучись двинулся вдоль окон в ту сторону, откуда минуту назад раздался выстрел.
Поравнявшись с одним из окон, он осторожно выглянул из-за рамы.
Перед ним была большая комната, может быть, кинозал. Она была почти пуста, только в дальнем углу стояло тяжелое деревянное кресло. В этом кресле сидела Лола, связанная по рукам и ногам, с кляпом во рту.
Напротив нее стоял чучельник с пистолетом в руке.
– Ну вот, скоро все кончится! – говорил он Лоле.
