Татьяна Александровна, у вас что-то еще вызывает сомнения?
– В этом договоре почему-то совсем не оговорен форс-мажор. А вся ответственность с момента отгрузки товара ложится на получателя. Так что, если в пути с товаром что-то случится, убытки понесете именно вы.
– Да, это никуда не годится!
– И еще, мне не нравится вот эта формулировка, – я ткнула пальцем в третий пункт контракта. – Она какая-то размытая. Я подготовила свой вариант.
Корнилова надела очки, прочитала обе формулировки и согласилась со мной:
– Да, условия кабальные.
Теперь я уже не уверена, что цены в «Палитре» так уж приемлемы для нас… Пожалуй, тендер неизбежен.
– Оля, а мне никогда твоя Маринка не нравилась, – призналась вдруг Наталья Петровна. – Хитрая она, это сразу было видно. Думаешь, почему они так с Еленой сдружились? Наверняка за твоей спиной темные делишки проворачивали.
– Наташа, а почему ты только сейчас мне об этом говоришь?
– Не только сейчас. Я тебе уже не раз говорила, что Марина эта – девица себе на уме, а ты меня не слушала.
– Ладно, разберемся. Может, она просто недоглядела, что ей некорректный договор подсунули? Что уж греха таить, не до того ей было… А вы уж сразу хотите уличить Мелихову в корысти!
Мы с Бережковской молча переглянулись, но продолжать эту тему не стали. Корнилова явно симпатизировала Марине. Чего нельзя было сказать о Марии. Машу Кашинцеву Ольга Николаевна явно ненавидела, и это чувство, скорее всего, было взаимным. А это означало, что Корниловой все еще угрожает смертельная опасность.
Это обстоятельство заботило ее больше, чем невыгодный контракт.
Я отправилась к себе, Наталья Петровна осталась в кабинете своей подруги.
– Что это вы так долго? – поинтересовалась бухгалтерша, но я промолчала. – Надеюсь, договор с «Палитрой» подписан?
– Нет, – ответила я.
– А почему?
– Корнилова решила провести тендер на поставку текстиля.
– Тендер?! С какой стати? Мы никогда никаких тендеров не проводили. Это вы ее надоумили? – Этими вопросами Елена Федоровна выдала мне свою личную заинтересованность в том, чтобы договор был непременно заключен.
Похоже, она ждала отката. – Ладно, пойду узнаю, в чем там дело.
Корзун ушла, но практически сразу же вернулась. Судя по недовольной физиономии бухгалтерши, Ольга Николаевна ее не приняла.
Я с деловым видом полистала кое-какие бумаги и вскоре отправилась в кафетерий.
Глава 5
Илья уже сидел за столиком и просматривал какие-то фотографии.
– Вот, – он положил их передо мной.
