Неужели он понял, что уговаривать меня участвовать в съемках – бессмысленно? Быстро же, однако, Кузьмин смирился с моим отказом! Я подумала, что неплохо было бы, наверное, согласиться на небольшую фотосессию, но лишь затем, чтобы взглянуть на весь этот модельный бизнес изнутри. Я стояла у барной стойки и делала заказ, когда в кафе вошла рыжеволосая девушка и подсела к фотографу. Они поцеловались. Вероятно, это и есть его девушка – Лена, о которой мне рассказывала Бережковская.
Илья, похоже, ждал ее и не хотел, чтобы у нее возник повод для ревности. А может, наоборот, он пригласил ее сюда, чтобы я его приревновала? Я ведь именно в этот час пью здесь кофе, когда эспрессо, а когда и латте. Что бы там ни было на уме у Кузьмина, меня это не очень-то волновало. Гораздо больше меня интересовало содержание угрожающих писем, которые некто неизвестный распространял по различным фирмам, расположенным в этом здании.
Выйдя из кафе, я встретила свою вторую клиентку, владелицу салона красоты. После обмена приветствиями я спросила:
– Наталья Петровна, вы случайно никаких… странных писем не получали?
– Вообще-то сегодня у нас было много корреспонденции, – ответила она самым будничным тоном. – Все, как обычно, – реклама, счета…
– И вы их все уже просмотрели?
– Да, а почему вас это так заинтересовало?
– Кое-кто получает письма с угрозами.
Говорят, мастерская «Башмачок&Сундучок» как раз и закрылась после того, как ее директор получил письмо угрожающего характера.
– Впервые об этом слышу! А кому еще приходили письма?
– В дирекцию учебно-производственного комбината кто-то сегодня утром или вчера вечером подбросил письмо.
– Как это – подбросил? – удивилась Бережковская.
– Банально – засунул его под дверь. Я еще не читала это таинственное послание, но сотрудницы комбината обещали показать его мне.
– Ну надо же! Даже Общество инвалидов они стороной не обошли! И кому же эти люди помешали?
– Я склоняюсь к версии о маньяке.
– Вот-вот, надо было с нее и начинать, а Ольга-то завела нас с этой Кашинцевой в тупик! Кстати, как у нее дела?
– Наталья Петровна, как раз о Корниловой я и хотела с вами поговорить, причем конфиденциально.
– Да? А что случилось? Хотя я, по-моему, уже догадалась.
