– Ругаешься…
– Ага. И буду, кажется.
– Ругайся. Я как-нибудь это переживу.
Это было похоже на сумасшествие, но, в ходе последних событий, сумасшествие логическое. Он больше года спокойно относился к своей жене. Красивая, сексуальная, готовая родить ему ребенка. Его представление о семейной жизни дало трещину, когда уродливая правда выплыла наружу. И именно тогда Судьба преподнесла ему ещё один сюрприз.
Новая Настя.
Когда Михаил думал о том, как все повернулось, у него голова шла кругом. Ему безумно было жалко ту Настю, Дёмину, но если бы не она, он бы сейчас не держал в объятиях свою Настю, и ребенка тоже не было бы.
Соединилось лучшее от двух девушек – красивое тело и очень красивая душа. И всё ему…
Настя сильно-сильно зажмурилась, отказываясь поверить, что они оба признались в чувствах друг к другу. Последовав за Михаилом в «Альянс», она удовлетворяла потребность в общении с ним. Её тянуло заглянуть в его стальные глаза и увидеть поддержку. Теперь, когда память к ней вернулась, они попытаются что-то предпринять вместе? Именно вместе.
Иначе ситуация выходила куда фантасмагоричнее.
Переселение душ.
Вы верите в подобное?
Или воспринимаете эту фразу спокойно, лениво уставившись в телевизор, изучая сеть и слушая в пол-уха рассказы родственников, которым перевалило за семьдесят? Фантастика? Вымысел? Может быть… А, может, и нет. Что мы знаем о жизни, о тайнах мозга, природы? Лишь только то, что хотим. Что позволяет нам наше мировоззрение, принципы, устои. То, что нам удобно. В то, что мы хотим верить.
И когда в жизнь приходит нечто, выходящее за рамки рациональности, мы качаем головой и снисходительно улыбаемся, тем самым говоря, что ставим идею под сомнение.
Но всё меняется в одночасье, и вот ты уже сам рассуждаешь о ситуациях, всё чаще употребляя слова «паранормальные» или «сверхъестественное».
Для Насти самым невероятным оказалась любовь Зареченского. Она ожидала от него какой угодно реакции, вплоть до приглашения к психиатру, а не признание в любви. Она обнимала его, и ей не хотелось, чтобы он размыкал рук.
– Когда… Но как…
Он понял её без лишних уточнений.
– Когда ты вышла из больничной палаты в тапочках.
– Не напоминай… Я готова была в тот момент материться, как сапожник. Беременная и на каблуках.
– Ты рушила мои шаблоны раз за разом. Заставляла чувствовать то, что я никогда не чувствовал. А твоя откровенность и вовсе меня опрокидывала на лопатки.
Настя чуть отстранилась от Миши, и тот ловко поменял позу, усадив жену к себе на колени.
