Доберман

– Рел? Ты… Ты что тут?…

– Я врач здесь, – спокойно ответил он, предугадав вопрос. – История долгая, но я лечу и ставлю на ноги Добермана.

– А кто еще? Не в больницу же его везти. К тому же, ему уже не нужно.

Вуд как-то сбил спесь с Миры. Она словно очнулась от того всепоглощающего желания увидеть Адриана. Потупив взгляд, девушка неловко отошла назад, давая Релиону пройти. Он обошел ее, выйдя в коридор, и усмехнулся:

– А кого она еще может искать? – раздался голос Арту, который поднялся на второй этаж.

– Я искал и звал тебя, Райз! Ты оглохла? – проследовал за ним Янне.

Она и Бастлбергов почти не видела. Ей стало неловко оттого, как снесло крышу. Но это было нормальным. Ей все еще чудился умирающий Адриан. Но вот он – Релион – лечит его, говорит, что даже в больницу не надо. Значит, все в норме.

Удушающее беспокойство ослабило хватку, но не ушло.

– Не надо никуда торопиться, он здесь, – успокаивающе сказал Янне и поджал губы, словно напрягся. – И может с тобой поговорить.

– Только он сам это сделает, да? – обратился к нему Арту и за локоть потащил брата на первый этаж, словно не хотел мешать.

Вуд тоже кивнул и направился вниз.

– Я пойду выброшу шприцы и сделаю новую смесь, а ты… – Его взгляд оказался на двери гостевой спальни. – Побудь здесь.

Мира сглотнула, собравшись с мыслями, и кивнула. Она тихо прошла к гостевой комнате, приоткрыла дверь, и…

Комната была пустой. Ее что, надули?

Растерянно осмотрев пустую спальню, Мира нахмурилась. Постельное белье на кровати перекручено, и на нем даже видны следы крови.

Он был здесь. А где он сам, Райз не знала.

Она подошла к прикроватной тумбочке и стала рассматривать медикаменты. Обезболивающее, несколько бутылей метамизола натрия, пачка шприцов, спирт, бинты и однопроцентный раствор морфия.

Мира поежилась. Адриан что, вкалывал себе морфий? Нет, естественно нет. Услышав звуки за спиной, девушка резко обернулась.

Из ванной комнаты вышел Адриан. Он был в одних джинсах, и полотенцем вытирал мокрые темные волосы. Повсюду на светлой коже были жуткие синяки. Дикие порезы и несколько швов на руке. Следы ударов на скуле и губе.

Близнецы в сравнении с ним совсем не побитые. Самое страшное, что привлекло внимание, это перевязанный торс, где видны пятна крови. Очевидно, там и были самые сильные раны.

Адриан удивленно открыл рот, застыв на месте.