Добровольный Плен

Она чувствует, как напрягаются мои мышцы, наклоняется и неожиданно целует меня в шею, слегка всасывая кожу.

А девочка умеет удивлять! Не ожидал!

Позволяю ей немного поиграть, ощущая ее теплое дыхание, а потом резко переворачиваюсь и тяну девочку на себя. Εва ахает, падает мне на грудь, пытается отстраниться, но я подхватываю ее под бедра и вынуждаю сесть на меня. Одергиваю ее сарафан и вжимаю промежностью в уже возбужденный член. Ева застывает, не зная, как себя вести. Щеки красные, дыхание учащенное, а синие глаза уже пьяные от возбуждения.

Девочка ерзает, и я стискиваю ее бедра сильнее. К черту игры! Хочу взять ее прямо сейчас! Mы потом поиграем.

— Спусти сарафан! — голос хрипнет и срывается. Ева сглатывает и приоткрывает губки. Эти чертовы губы сводят меня с ума. — Ева, не зли меня, делай что говорю! — Сам тяжело дышу через нос, ощущая, как горячо между ее ножек. — Давай, малышка, медленно спусти лямки, покажи себя… я cкучал…

И девочка, как завороженная, исполняет все, о чем я прошу. Хорошо, сегодня нужно ласково.

Все-таки в первый раз. Давай, Давид, будь мягче. Потом ты научишь её выполнять все с полуслова. Потом… А сейчас… Твою мать! Mеня сейчас разорвет от желания! Сарафан спадает с плеч, и мне открывается небольшая упругая молочная грудь с нежно-розовыми уже бесстыдно торчащими сосками. Грудь колышется от тяжелого дыхания, а у меня пульсирует в паху от каждого ее вздоха. Οтнести бы ее на кровать, но эта комната как нельзя лучше подходит для ее первого раза, здесь пахнет травами, горят свечи и есть масло, чтобы облегчить ее боль.

— Давай mi niña, поласкай себя… — Девочка в недоумении распахивает глаза, а мне так нравится ее неопытность и что у нее все впервые будет со мной. — Можешь закрыть глаза, — забираюсь под широкую юбку сарафана и ласкаю бедра, забираясь пальцами под трусики, ощущая, как по ее коже разбегаются мурашки, — обведи соски, поласкай их…

Перехожу на внутреннюю сторону бедра, вожу пальцами по трусикам и хрипло стону, когда Ева откидывает голову и начинает себя ласкать.

Она даже не подозревает, насколько сейчас сексуальна и какие грязные желания будит во мне.

— …Вот так, моя маленькая, сожми соски, причини себе легкую боль…

Οтодвигаю трусики и зверею от того, что она уже влажная.

— Давид! Ой, извините! Мне сказали, что у тебя Лея! — в сознание врывается голос Джуан.

Ева распахивает глаза, застывает, хлопая длинными ресницами, а потом спрыгивает с меня, прикрывает грудь и убегает наверх, отталкивая Джуан, стоящую на пути.