Добровольный Плен

— Ну ты что, обиделась? Язык мой — враг мой. Прости, я всегда такая прямая и некорректная. Я не хотела тебя обидеть. Привыкай, — oна подмигивает, выкидывая окурок в урну. — А ты умница, все схватываешь на лету и работаешь хорошо. Грымза тебя точно возьмет.

— Не уверена, — скептически произношу. — Ей ничего не нравится.

— Так ей всегда все не нравится, — усмехается Юлька. — Жанна Альбертовна придерживается такого мнения, что работников всегда нужно держать в напряжении, но в конце месяца всем воздается.

Она раздает хорошим премии. Если ты, конечно, выдержишь такой темп до конца месяца.

— Выдержу! — уверенно заявляю и замечаю, что Юлька морщится.

— Да дело не в этом… У меня с утра что-то живот тянет. Таблетку выпила, должно пройти.

Половина смены проходит спокойно, но к вечеру, как всегда, начинается аншлаг. Это популярный ресторан, на ужин всегда зарезервированы все столики. На мне весь малый зал, а на Юльке, как на опытном работнике, три випки. Γрымза, как все называют нашу управляющую, не сводит с меня глаз и постоянно подходит к моим столикам, спрашивает, все ли гостям понравилось.

Психологически тяжело работать, когда следят за каждым твоим движением и словом. Я стараюсь ровно держать спину, улыбаться и не засунуть пальцы в тарелку гостю, но постоянно получаю замечания. Но я терплю, повторяя себе, что легкой работы не бывает, и мне воздастся в конце месяца.

— Ева! — строгим голосом окрикивает меня Жанна, и я сжимаюсь, готовясь выслушать претензии.

 — Брось все, в малый зал я поставлю официанта из основного. Ты будешь обслуживать вип-комнаты.

— Юле плохо, я отпустила ее домой.

— Как плохо? Где она?!

— Ева, ты хочешь уйти вслед за ней?! Прекрати болтать, удели внимание второй комнате — там иностранцы. Очень важные гости. Переводчика нет, но они разговаривают на английском.

— В анкете ты указала, что знаешь язык! — Жанна приподнимает брови, и я киваю. На самом деле я знаю только ходовые разговорные фразы.

— Все, иди! Нет, стой, сними передник. На нем пятно.

Вдыхаю, натягиваю улыбку и иду во вторую комнату. Подхожу к двери и вспоминаю фразы на английском. Мне вообще

не даются языки. Все, что угодно: математика, физика, химия — только не языки.

— Good evening, — здороваюсь. — My name is Evа.

В комнате всего два человека: мужчина и женщина лет тридцати пяти. Женщина морщится, видимо, от моего ужасного произношения. Или я что-то неправильно сказала.