Добрые предзнаменования

В следующем году мы едем в Брайтон, — заявила миссис Трелфол, что доказывает, что смысл произошедшего остался ей абсолютно непонятен.

Смысл в том, что следующего года не будет.

Да что там: шансы на то, что будет следующая неделя, устремились к нулю.

— Она въехала в Жасминный Домик, и она ведьма, — рассказывала Язва. — Я точно знаю, потому что у нее прибирается миссис Хендерсон и она говорила маме, что она получает ведьминскую газету. Обычные газеты она тоже получает, кучи прямо, а еще эту специальную, ведьминскую.

— Мой папа говорит, что ведьм не бывает, — заявил Уэнслидейл. У него были светлые кудрявые волосы, и на жизнь он смотрел очень серьезно — через толстые очки в черной оправе. Все знали, что при крещении ему дали имя Джереми, но по имени его не звал никто и никогда, даже родители, называвшие его Младшим. Они подсознательно надеялись, что Уэнслидейл, возможно, поймет этот намек: он производил такое впечатление, словно ум его в момент рождения сразу шагнул на сорок семь лет вперед.

— Почему бы и нет? — сказал Брайан. Его круглое жизнерадостное лицо было покрыто слоем грязи, словно бы никогда не исчезающей. — В смысле, почему у ведьм не может быть своей газеты? Со статьями про все новейшие заклятья, и все такое. У меня папа получает «Вестник рыболова». Могу спорить, ведьм больше, чем рыболовов.

— Она называется «Новости парапсихологии», — добавила Язва.

— Это не ведьминская, — сказал Уэнслидейл. — У моей тети тоже такая есть.

Это просто про то, как сгибают ложки взглядом, и про гадание, и про людей, которые думают, что они в другой жизни были Елизавета Первая. На самом деле ведьм уже не бывает. Когда люди изобрели всякие лекарства, ведьмам сказали, что они больше не нужны, и стали их сжигать на кострах.

— А еще там могли бы быть картинки со всякими лягушками, — продолжал Брайан, которому не хотелось, чтобы хорошая идея пропала зря. — А еще… еще про новые метлы, с ходовыми испытаниями.

И колонка про кошек.

— И вообще, может, твоя тетя тоже ведьма, — сказала Язва. — Тайная. Днем она вроде как твоя тетя, а по ночам идет и вéдьмит.

— Только не моя тетя, — мрачно сказал Уэнслидейл.

— А еще рецепты, — не умолкал Брайан. — Что еще можно приготовить из холодной лягушатины…

— Ой, да заткнись, — бросила Язва.

Брайн фыркнул. Если бы это сказал Уэнсли, началась бы дружеская возня без особого энтузиазма.