Добрые предзнаменования (пер. В.Филиппов)

Жадно глотая один номер «Нового Водолея» за другим, он не нашел ничего про китов: его редактор был так же свято уверен в том, что все его читатели, как один, встанут на защиту китов, как в том, что все его читатели дышат воздухом и ходят на двух ногах.

– В программе по телику было про китов, – объяснил Уэнслидейл.

– Их-то зачем спасать? – спросил Адам.

В голове у него мелькнула мысль о том, сколько китов надо спасти, чтобы получить значок.

Уэнслидейл напрягся, пытаясь вспомнить, о чем говорилось в той программе.

– Они умеют петь. И у них огромные мозги. Их почти не осталось. Тем более, что их и убивать не надо, потому что из них, кроме корма для кошек там и собак, ничего не сделаешь.

– Если они такие умные, – медленно начал Брайан, – чего ж они не вылезут из моря?

– Ну, не знаю, – задумчиво сказал Адам. – Плаваешь себе день за днем, рот откроешь – еда тут как тут… не так уж глупо, я считаю…

Его прервал визг тормозов и протяжный хруст. Все Четверо мигом слетели с калитки и ринулись по тропинке к перекрестку, возле которого, в конце долгого тормозного пути, виднелся перевернутый автомобильчик.

Чуть дальше, прямо на дороге, зияла дыра. Похоже, водитель автомобильчика пытался ее объехать. Когда Четверо посмотрели на эту дыру, в ней как раз исчезла физиономия откровенно восточного вида.

Четверо с трудом открыли дверь машины и вытащили из нее Ньюта, потерявшего сознание. В голове Адама мелькнула мысль о медалях за героизм, проявленный при спасении. В голове Уэнслидейла мелькнула мысль об оказании первой помощи.

– Не надо его трогать, – сказал он. – Потому что вдруг у него переломы. Нужно кого-нибудь позвать.

Адам огляделся. Среди деревьев чуть дальше по дороге виднелась крыша Жасминного Домика.

А в самом домике Анафема Деталь уже час сидела за столиком, на котором были разложены бинты, аспирин и все остальное, необходимое для оказания первой помощи.

Анафема как раз посмотрела на часы. Вот-вот появится, подумала она.

А когда он появился, он был совсем не похож на того, кого она ожидала.

Она надеялась, смущаясь самой себя, на высокого красивого брюнета.

Ньют был высоким, но словно бы растянутым в длину, словно проволока. И хотя волосы у него, безусловно, были темными, но никакого отношения к современным тенденциям парикмахерского искусства не имели: это были просто тонкие черные пряди, казалось, растущие из одной точки на макушке. И Ньют не был виноват в этом.