Добрые предзнаменования (пер. В.Филиппов)

В этот момент капля на горлышке пульверизатора доползла до плотно сжатых пальцев Кроули и остановилась.

– Блефуешь, – сказал Хастур.

– Может, и блефую, – сказал Кроули тоном, в котором, как он надеялся, ясно звучало, что блеф – последнее, что могло придти ему в голову. – А может, и нет. Думаешь, тебе повезет?

Хастур махнул рукой, и пульверизатор в руке Кроули растворился, словно промокашка. Поток воды залил стол и костюм Кроули.

– Повезет, – сказал Хастур. И улыбнулся. Зубы у него были слишком острые, и между ними мелькал длинный язык.

Кроули ничего не ответил. План А сработал. План Б – нет. Все зависело от Плана В, в котором был только один недостаток: Кроули дошел только до буквы Б.

– Мне кажется, тебе следует кое-что узнать, – сказал Кроули, пытаясь выиграть время.

– Что именно? – улыбнулся Хастур.

И в этот момент зазвонил телефон на столе.

Кроули поднял трубку и предупредил Хастура:

– Не двигайся. Ты должен знать что-то очень важное, и я не шучу. Алло?

– Ммм, – сказал Кроули.

И Азирафель повесил трубку. Кроули попытался представить себе, чего он хотел.

И вдруг у него в голове возник План В. Он не стал вешать трубку. Вместо этого он сказал:

– Ладно, Хастур. Ты выдержал испытание. Теперь тебе можно играть с большими ребятами.

– Ничуть. Не понял? Это была проверка. Властители Ада хотели убедиться, что тебе можно верить, прежде чем мы поставим тебя во главе Проклятых Легионов в грядущей войне.

– Кроули, ты или лжешь, или сошел с ума, или, может быть, и то и другое, – заявил Хастур, но в голосе его не было уверенности.

Кроули начал набирать номер.

– Все нормально, герцог Хастур. Я, конечно, не ожидал, что ты поверишь мне, – признался он. – Но почему бы нам не поговорить с Советом Тьмы – я уверен, они смогут убедить тебя.

В трубке послышались щелчки переключений и, наконец, гудки.

– Пока, сосунок, – сказал Кроули.

Почти в то же мгновение исчез и Хастур.

Чтобы получить ответ, следует принять во внимание следующие факты.

Во всяком случае, почти нисколько. Азирафель научился танцевать гавот в одном тайном клубе для джентльменов в Потртленд-Плейс, в конце 1880-х, и хотя сначала он смыслил в гавоте не больше, чем гусь в банковском деле, через некоторое время у него стало весьма неплохо получаться, а чуть позже, через пару десятков лет, он немало расстроился, когда гавот навсегда вышел из моды.