Добрый убийца

Час десять из этого времени ушло на дорогу. Свидетелями выступили костюмерша Зина и радист Толечка.

Муж и жена в сопровождении свидетелей были доставлены назад к театру. Нанятый шофер открыл им дверцы, чинно выпустил из машины, затем со словами: «Вернете Якову Михайловичу» — запер машину и, отдав Тулевичу ключи, зашагал прочь.

Молодожены и сопровождающие вошли в пустынное фойе, поднялись в буфет и нигде никого не увидели. Театр был пустынен и тих.

— Однако странная встреча главного режиссера в его торжественный день, — проговорил Тулевич и дернул дверную ручку.

Дверь в зал открылась, и загремела музыка. Прожектора высветили превращенную в райский сад сцену. Ее украшал небольшой столик с винами и яствами. Два маленьких негритенка взяли молодоженов за руки и повели к столу.

В этот момент в зале вспыхнул свет и раздались аплодисменты. Нателла посмотрела на свою руку, там, где ее держал негритенок, и увидела, что она черная. Краска, сделавшая малышей негритятами, не успела подсохнуть.

— Вот почему наш директор не пустил репетировать в зал, — сказал жене Тулевич.

 — Он готовил нам сюрприз.

Аплодисменты не стихали.

— Поздравляю, господа. Пора играть свадьбу, — раздался громкий резкий голос, и молодожены увидели Барсова. Корифей с огромным букетом роз склонился перед Проскуриной на колено, поцеловал ей руку, встал и сказал Тулевичу:

— Прости, дорогой, но эту постановку в твоем театре осуществил я, — после чего хлопнул в ладоши. Свет в зале погас, и из темноты стали выплывать актеры и актрисы, актеры — в костюмах Воланда, а актрисы были загримированы под Проскурину в роли Маргариты.

С их обнаженных грудок на новобрачных смотрели огромные нарисованные глаза.

Актеры и актрисы несли подарки молодоженам и ставили их возле столика.

— Мы в восхищении! — кричали молодожены в один голос. И с ними ликовал корифей сцены, восьмидесятилетний учитель Тулевича, Георгий Андреевич Барсов.

На этом официальная часть закончилась, и началась пьянка.

Георгий Андреевич остался за столиком с виновниками торжества.

Остальные пили и закусывали в зале. Тележки с напитками и угощениями разъезжали между рядов. Неожиданно к столику поднялся огромный мужчина в черной маске. Он гигантскими шагами приблизился к Проскуриной, поцеловал невесте руку и, не выпуская ее из своих огромных лап, повернул ладонь примадонны вверх. Задержав ее так на несколько мгновений, незнакомец туда что-то вложил и быстро ретировался.

Проскурина взглянула на свою ладонь и побледнела.