– начала Фиби, но её прервал жизнерадостный голос Пандоры.
– Кузен Уэст, вы обсуждаете свиней? Ты поведал леди Клэр про Гамлета?
Мистер Рэвенел услужливо пустился рассказывать курьёзный случай о том, как он навещал арендатора и спас некондиционного поросёнка. И вскоре внимание всех за столом переключилось на рассказчика.
Он оказался одарённым повествователем, забавно изображая поросёнка чуть ли не сиротой из романа Диккенса. После того, как Рэвенел спас новорождённое создание, он понял, что кто-то должен о нём заботиться.
Поэтому мистер Рэвенел привёз его в Приорат Эверсби и отдал Пандоре и Кассандре. Несмотря на возражения остальных членов семьи и слуг, близнецы превратили поросёнка в домашнего любимца.
Когда животное подросло и значительно увеличилось в размерах, мистера Рэвенела стали обвинять во всех многочисленных проблемах, которые причиняла свинья.
– Что ещё хуже, – добавила Пандора, – мы не знали, пока не стало слишком поздно, что поросёнка следовало кастрировать ещё в младенчестве. К сожалению, он стал слишком пахучим, чтобы жить в доме.
– Леди Трени угрожала убить меня каждый раз, когда видела, как свинья носится по дому вместе с собаками, – сказал мистер Рэвенел. – Я несколько месяцев не осмеливался повернуться к ней спиной.
– Я пыталась столкнуть его с лестницы пару раз, – призналась Кэтлин с невозмутимым лицом, – но он слишком большой, а я не располагала достаточной силой воздействия.
– Ещё вы сыпали цветастыми угрозами, собираясь пустить в ход кочергу, – напомнил мистер Рэвенел.
– Нет, – ответила Кэтлин, – это была экономка.
История продолжила превращаться в откровенный фарс, когда мистер Уинтерборн признался, что пока оставался в Приорате Эверсби, залечивая травму глаз, его не предупредили о свинье.
– Я слышал его, лёжа в постели, но принял за ещё одну собаку.
– За собаку? – переспросил лорд Трени со своего места во главе стола, насмешливо глядя на друга. – По звукам он напоминал тебе собаку?
– Ага, с затруднённым дыханием.
Присутствующие разразились смехом.
Улыбнувшись, Фиби взглянула на мистера Рэвенела и заметила, что он смотрит на неё. Их окутало странное и необъяснимое магическое ощущение близости. Он быстро переключил внимание на невостребованный нож для фруктов возле тарелки, взял его в одну руку и провёл большим пальцем по лезвию, проверяя его остроту.
У Фиби тревожно перехватило дыхание.
– Нет, перестаньте, – тихо проговорила она.
Он криво улыбнулся и отложил нож.
– Привычка. Простите мои плохие манеры.
