Дочь Генерала. Книга 1

И не отдавая отчет в своих действиях, совершенно не просчитывая последствия и непонятно, на что полагаясь, рванула, пытаясь проскользнуть мимо Зимина. Естественно, ей это не удалось, она добилась лишь того, что он крутанул её, с силой рванув на себя, фактически ударяя спиной себе в грудь. Даша вскрикнула, забилась раненой птицей. Слезы брызнули из глаз.

Халат распахнулся.

Белья под ним не оказалось.

– О, или моя Снегурка всё-таки подготовилась? – ирония, что неприкрыто сквозила в словах мужчины, прошлась острой бритвой по нервам Даши.

 – Без белья… Голенькая. Вся готовая. Мне начинает нравиться!

– Нет! – она рванулась в последний раз.

Не отпустит… Значит, не отпустит.

Хват стальных объятий только усилился.

Более того, Зимин поднял Дашу на руки и решительно направился в сторону кровати.

Даша притихла.

Лишь вскрикнула, когда её не совсем аккуратно положили на кровать и сразу же навалились сверху.

Обрушились…

Григорий придавил её, не щадя и не заботясь о её ощущениях. Время нежности и сентиментальности закончилось.

Ярость, вызванная глупой ревностью, взяла вверх. Что бы сейчас Даша ни говорила, чтобы ни делала, всё играло против неё.

Слезы уже текли беспрестанно.

Она берегла свою девственность, пусть и не тряслась над ней… Но, черт возьми, ей ещё восемнадцать! Рано! Рано! И… не так.

Пока Гриша сдергивал с нее халат, Даша закрыла лицо руками, чувствуя, что задыхается, что ей не хватает кислорода. Холод комнаты обжигал разгорячённую кожу.

– Посмотри на меня.

Она мотнула головой.

– Смотри на меня, я сказал.

Он не закричал, не повысил голоса, но мурашки рассыпались по всему телу Даши.

Она подчинилась, отведя едва ли не онемевшие руки.

Полностью обнаженный Григорий нависал над ней, расставив руки по обе стороны от её лица. Глаза пылали, желваки на скулах ходили, вены на висках вздулись. Губы плотно сжаты.

– Ты моя, Снегурка. Неужели ещё не поняла?

Что она могла ему ответить? Плачущая и почти морально раздавленная? Мечтающая о большой и светлой любви, столкнувшаяся с жестокой реальностью?

– Никто к тебе не прикоснется, кроме меня.

Даже не мечтай! – его голос всё же сорвался на эмоции, зазвенел от внутреннего напряжения.

– Гриша…

Она не знала, что говорить. Не знала, как просить. Она задыхалась от надвигающегося кошмара, не в состоянии расслабиться и принять происходящее. Несколько раз моргнула, чтобы убрать пелену на глазах и сфокусировать зрение на лице мужчины. Она его не узнавала.