Дочь Генерала. Книга 1

Вызовешь кого-то, приедут с бензином. Стоп, там у тебя же дело не в бензине, а в поломке. В общем, надо разбираться. Я этого делать не буду. Избавишься от моего общества окончательно и бесповоротно, раз оно тебя так угнетает.

Глава 10

Он блефовал.

Никуда он её не отпустит.

Что будет после окончания метели, Гриша не знал. Ещё не думал.

Даша отреагировала на его слова всё в той же спокойной форме.

– Я не жду от тебя поступков, Григорий. Я вообще их ни от кого не жду… Всё же я сделаю себе ещё кофе. Мне надо немного… прийти в себя.

С кофе лучше соображаю. Он меня не бодрит, скорее, придает уравновешенности что ли. Не знаю, как точнее выразиться, – она опустила ножки на пол, поджала пальчики, чем выдала себя с головой.

Но Снегурка умеет держать эмоции под контролем.

Приятно.

Молоденькая, а здравомыслящая.

– Что же ты такая не ждущая? – Григорий продолжал свою линию.

Вот сейчас ему как раз и надо вывести её на эмоции. Чтобы сорвалась, перестала всё держать в себе.

Даша пожала плечами, подошла к кухонным шкафчикам, встала на цыпочки, достала пачку с зернами и засыпала нужное количество в кофемашину.

– Воспитали так. У меня с папой были прохладные отношения. Если он и любил меня, то… – она запнулась, – глубоко в душе.

– Были? – Григорий тотчас зацепился за слово, удивляясь себе.

Да, Зимин, не привык ты общаться с собеседником, ничего о нем не зная. Всегда имел на всех полное досье.

– Он умер от инфаркта.

– А мама?

– Тоже умерла. Я маленькой ещё была.

Ого. А его Снегурка сирота.

Ничего себе…

– Одна живешь?

Даша стояла к нему в пол-оборота, и он не мог не заметить, как она слегка ссутулилась.

– С мачехой. Отец оставил всё ей. Пока не выгоняет, и на том спасибо. Так что возвращаться-то мне особо и не к кому. Возможно, и некуда.

Даша выдала информацию, не подумав. Если пять минут назад она ещё тщательно следила за тем, что говорила, сейчас, видимо, озвучила мысли, терзающие её.

Зато у Зимина всё разложилось по полочкам.

– Мачеха под мужика пыталась подложить?

Его голос звучал ровно, безэмоционально.

И лишь те, кто достаточно долго знали Седого, могли сказать, что он именно таким голосом выносил смертные приговоры. Отправлял людей за черту, выкидывал из жизни раз и навсегда.

– Я не буду отвечать на этот вопрос.

– Узнаю же.

– Гриша, а зачем?..

Чеееерт!

Это её «Гриша»…

Как вчера в бассейне.

Когда чувствовал её.

– Не понимаешь или делаешь вид?

– Не понимаю.

Сработал сигнал – кофе был готов.