Ее пересекали странные борозды — как будто по земле до самого горизонта прошлись несколько десятков плугов.
— А где же деревня? — удивленно спросила Корина, озираясь.
Деревни не было, но следы от нее остались: дорожки, части оград, колодцы…
— Пожар здесь, что ли, был? — недоуменно пробормотал Нарк, принюхиваясь. — Чем-то затхлым пахнет… фу, чем-то неживым…
Осмотревшись, девушка заметила на опушке большой дуб. Возле широкого дупла на корявой ветви сидел ворон и настороженно наблюдал за нежданными гостями.
Корина и волк подошли к дубу, и девушка помахала птице рукой.
— Здравствуй. Тебя зовут Гай, верно?
— Может, и так. А может, и нет, — после долгой паузы ответил ворон.
Нарк даже подпрыгнул от возмущения.
— Эй, ты, чучело в перьях, разговаривай с хозяйкой вежливо! — рявкнул он, выразительно щелкнув зубами. — Мы ищем Сосенки — деревня здесь такая когда-то была.
— Что ж, ищите на здоровье, — спокойно ответил ворон и направился к дуплу, чуть раскачиваясь на ходу.
Корина нахмурилась и зло топнула ногой.
— Стой, наглая птица! — крикнула она.
— Иначе я сожгу тебя вместе с дубом!
Ворон обернулся и внимательно посмотрел на девушку.
— Выходит, ты волшебница Корина? — каркнул он. — Слыхал, слыхал про тебя от сорок, всякое слыхал: плохое и хорошее. Если эти балаболки не врут, то ты действительно можешь сжечь старый дуб и меня заодно. Но ты ведь не за этим сюда пришла?
Корина с трудом взяла себя в руки и натянуто улыбнулась.
— Верно, не за этим, — сказала она. — Говорят, на этой опушке находилась родная деревня Железного Дровосека.
А еще я слышала, что у него здесь осталась невеста.
Ворон долго молчал, неспешно чистя клювом черные глянцевые перья, а затем нехотя ответил:
— Помню, помню этого сорванца… В юности его звали Гудом Керли, и он был заводилой среди местных мальчишек. Потом он подрос и стал хорошим дровосеком, лучшим на всю округу. И невеста у него была, Весой ее звали — не девушка, а загляденье. Но это давняя история. Неужто Гингема тебе ее не рассказывала?"
"— Нет, она не любила вспоминать о своих злодеяниях, — ответила девушка.
— Наверное, поэтому я и не стала злой колдуньей. Наоборот, мне хочется творить добро, много добра! Вот я и подумала: почему бы мне не загладить ту рану, что Гингема нанесла бедной Весе? Вскоре я собираюсь навестить Дровосека в Фиолетовой стране и хотела бы прийти с весточкой от его бывшей невесты.
Ворон не сводил с Корины проницательного взгляда. Но девушка выглядела совершенно искренней, и старый ворон поверил ей.
