Дочь княжеская. Книга 4

Стихия Жизни начала служить вам еще в прежнем теле, как и Свет, поэтому здесь слияние будет наиболее полным.

— Я смогу метать громы и молнии? — заинтересовалась Хрийз.

— Громы нет, а молнии — вполне.

— Хрийзтема-Громовержица, — усмехнулась она. — Звучит. Научите меня, как начать это делать.

— Сильные стороны развивать особенно не надо, сами проявятся, — не согласился Кот Твердич. — Лучше я покажу вам, как обнаруживать скрытого врага, подбирающегося к вам на расстояние удара…

И Кот Твердич показывал, как распознавать невидимые порталы и чужие защитные флеры, ведь именно так младший Рахсим сумел подобраться к ней настолько близко.

У Хрийз получалось плохо. Она даже едва не расплакалась:

— Вот же я бестолочь… Я не понимаю ничего!

— Не бестолочь, ваша светлость, — не согласился Кот Твердич. — Нужна практика.

Хрийз понимала, что практика ой как необходима. И чтo для практики нужно время. Год, два года. Десять. И что этого времени у неё просто нет…

Послы потребовали встречи лишь к вечеру третьего дня.

— Не вынесла душа поэта, — мрачно прокомментировала Хрийз ситуацию строчкой, засевшей в памяти ещё в земной юности. — Ну, что ж, послушаем, что скажут.

— Сохраняйте спокойствие, — сказала аль-нданна Весна. — Они будут стараться вывести вас из себя; не поддавайтесь.

— А валерьянки можно выпить? — спросила Хрийз, которую начало ощутимо потряхивать: нервы сдавали.

Стоило только вспомнить тот инцидент в саду у цветущего дерева! Если бы не Мила…

— Успокоительные способны снизить остроту разума, — ответила Сихар.

 — Вас будет клонить в сон, ваша светлость, в таком состоянии вы можете упустить что-либо или сказать что-нибудь не то, не так и не о том. И послы заметят, что вас опоили, будет скандал. Я б не советовала…

— Никакого им скандала, — зло сказала Хрийз. — Никакого им преимущества. Облезут!

— Сохраняйте вежливость, ваша светлость, — состроив постную мину, посоветовал Двахмир, хотя в глазах у него плясали черти.

 — Я понимаю, как вам хочется им рассказать об их происхождении. Сам не отказался бы. Но — сохраняйте вежливость, Хрийзтема Браниславна. Вежливость — броня, которая всегда с тобой.

— Да, — кивнула Хрийз. — Сохраню. Пойдёмте?

Сверху с криком слетел Яшка, начал виться вокруг хозяйки.

— Извини, — сказала фамильяру Хрийз. — Не могу я взять тебя на руку. Не удержу… Лети за мной так.

С Яшкой она почувствовала себя намного спокойнее. Хорошо, что вернулся.