– Я помогу вам одеться, мадемуазель! Через полчаса ее светлость будет ждать вас за завтраком.
Я пришла в столовую, но есть мне совершенно не хотелось. Я отломила кусочек булочки с корицей и вяло пожевала его.
– Мне не нравится твое настроение, Алэйна! – сообщила герцогиня. – Я понимаю твое волнение, но настоятельно советую тебе съесть хоть что-то. Иначе ты упадешь в голодный обморок в самый неподходящий момент.
Но я с трудом проглотила всего один кусок булки."
"– Ну, как знаешь, – усмехнулась ее светлость.
– Твой отец прибудет к полудню. К этому времени ты должна быть причесана и одета. Надеюсь, ты будешь вести себя, как подобает воспитанной барышне. И позволишь гостю высказаться, прежде чем начнешь разбрасываться упреками и обвинениями.
Когда я вернулась в спальню, на кровати уже лежало платье. Горничная уложила мои волосы и украсила их нитью розового жемчуга. На зеркале я увидела такие же жемчужные сережки.
Но эти хлопоты совсем не радовали меня.
Горничная восхищалась моей красотой, а я не могла даже улыбнуться в ответ.
В полдень мы с герцогиней уже сидели в гостиной. И ровно в тот момент, когда стрелка часов коснулась двенадцати, дверь распахнулась, и на пороге появился мужчина.
25. Старые тайны
Он был выше среднего роста, и хотя я видела его впервые, у меня не возникло ни малейших сомнений, что он – дворянин. И дело было вовсе не в его одежде – она-то как раз была весьма проста – серый камзол и такие же серые штаны.
Из драгоценностей – только перстень на среднем пальце правой руки.
Но величаво вскинутая голова, гордо расправленные плечи и уверенный взгляд темных глаз мужчины не оставляли ни малейших сомнений в его благородном происхождении.
Герцогиня вскочила, и я тоже поднялась, чувствуя необычайную тревогу.
Гость поклонился нам, а герцогиня присела в церемонном реверансе. Я повторила ее действие, не задумываясь.
Я думала, что ее светлость представит нас друг другу, но мужчина сразу взял нить разговора в свои руки.
– Рад приветствовать вас в своем доме! Надеюсь, вам здесь удобно?
Ее светлость заверила, что нас окружили здесь заботой и теплом. В голосе ее звучали заискивающие нотки, и это напугало меня еще сильнее. Кто этот господин, что внушает трепет даже герцогине?
Мы снова сели на диван, а гость (хотя правильнее было бы называть его хозяином) устроился в массивном кресле у окна.
