А потом поеду домой.
— Можно? — несколько раз стукнув костяшками пальцев в дубовую дверь, я заглядываю в приоткрывшийся зазор. Андрей, сидящий за своим столом, отрывает взгляд от монитора и слегка кивает.
— Да, заходи.
Нельзя сказать, что он выглядит злым или расстроенным, но складка между нахмуренных бровей и заострившийся рельеф скул намекают на обратное.
Стараясь не выдавать своего волнения, я иду к столу и кладу перед ним стопку документов. Андрей, не взглянув на меня, углубляется в их изучение, пролистывая страницы немного резче, чем нужно.
Да, он определенно не в духе.
— А по «Альфе» где? Три дня назад просил сделать.
На нетвердых ногах я обхожу стол и, встав рядом с его креслом, начинаю лихорадочно листать бумаги. Я точно помню, что делала его. Неужели забыла вложить? Ну почему именно сейчас? Стопка почти подходит к концу, и я кожей чувствую исходящее от Андрея раздражение. Наклоняюсь ниже и напрягаю глаза, чтобы не просмотреть заветные буквы, отчего мои волосы задевают его лицо. Андрей по-прежнему не двигается, но его плечи ощутимо напрягаются, а ладонь, лежащая на столе, сжимается в кулак.
— Вот он, — от свалившегося на меня облегчения голос звучит на два тона громче, пока я вытаскиваю из стопки нужный листок.
— Хорошо. Теперь вернись на место.
Я сажусь в кресло и в течение нескольких минут наблюдаю, как Андрей подписывает бумаги, до тех пор, пока он, наконец, не откладывает ручку и, придвинув ко мне стопку, не встает.
— Завтра меня в офисе не будет. Передашь это в бухгалтерию Колпашниковой.
"
"Судя по всему, он собирается уходить, поэтому я торопливо сгребаю бумаги и поднимаюсь следом. Несмотря на внешнее спокойствие, Андрей выглядит напряженным, и я вдруг думаю, что быть женщиной все-таки намного проще. Нам позволительны эмоции и слабости, а от мужчины так или иначе ждут стойкости и силы.
Мы вместе идем к двери, и перед тем, как взяться за ручку, я не выдерживаю: разворачиваюсь и встречаюсь с ним взглядом. От того, как близко Андрей стоит, мой пульс ускоряется, но я все же говорю то, что хотела:
— Я слышала про проблемы с грузом.
Мне жаль, что так вышло. Конечно, ты все решишь, как и всегда. Я просто хочу, чтобы ты знал, что я за тебя переживаю.
Сердце ударяется о грудную клетку так, что кажется, это заметно через рубашку. Андрей ничего не отвечает, но и с места не двигается: стоит и смотрит на меня. Точно так же, как смотрел тогда, в клубе, когда я танцевала для него свой бесстыдный пьяный танец. Этот взгляд я никогда не забуду.
