Сгребаю сумку и иду следом, вперившись взглядом в спину, обтянутую «Китоном». Терпеть не могу этого заносчивого засранца. Хотя в нашей среде он лучший, это признают даже его враги.
К парковке подхожу первым, окидываю быстрым взглядом ряд машин и безошибочно вычисляю его автомобиль. А тут и вычислять нечего, самый козырный — «Роллс ройс», понты у нас зашкаливают.
— Садись, — он коротко указывает кивком на заднее сиденье.
— Не боишься, что стойлом провоняется? — теперь моя очередь поупражняться в сарказме. Но настроение у моего освободителя уже не настолько благожелательное.
— Садись. Заебал.
В принципе, информативно. И заслуженно. Бросаю сумку на сиденье, сам падаю рядом.
— Так что вас побудило внести за меня сумму, равную по стоимости нескольким таким машинам, Константин Маркович? — спрашиваю, как только Аверин садится за руль и захлопывает дверцу. — Или про профсоюз ты не спиздел?
В зеркале заднего вида сверкают угольно-черные глаза.
— Не спиздел, — он заводит двигатель и трогается с места. — Все наши в ахуе.
Такие надежды подавал, и вдруг проеб за проебом. По всем пунктам. Тут либо ты полный идиот, либо есть еще какая-то причина.
— Надо же, сколько озабоченных моей судьбой, — притворно восхищаюсь. — Прям благодетели."
"— Представь себе. Мы очень внимательно за тобой следили. И скажу честно, лично я весьма разочарован.
— Так дай мне приз «Разочарование года» и иди нахуй. Вместе со своим профсоюзом, — отвечаю зло. В первую очередь потому, что в его словах есть правда.
Да там все правда.
— Если берешься решать проблемы людей за их деньги, то сам на проблемы просто не имеешь морального права, — продолжает умничать один из лучших траблшуттеров в мире**. — Априори.
— Да кто ты такой, чтобы тут преподавать? — выпускаю наружу копившееся раздражение.
— Преподаватель, блядь, — Аверин кривит уголок губ, резко дает вправо и бросает в зеркало уничижительный взгляд. — Ты зарвавшийся молодой говнюк, который показал всем нашу уязвимость. Что нас можно подставить, заказать, посадить.
Даже убрать. А мы всегда были и будем неприкосновенными. Как минимум перед нашими заказчиками.
Он прав, сука, прав. Но гордость все еще не позволяет признать очевидное.
— Я не один из вас. Мы делаем разную работу.
— Мы решаем проблемы людей. За деньги. И если ты перебираешь бумажки, это не значит, что ты не умеешь эти проблемы создавать. Но нельзя делать ни того, ни другого с неприкрытой жопой.
Отворачиваюсь к окну. Было бы что возразить, возразил бы. А так молчу.
