Ира перед глазами стояла. А следом за ней стояк вставал, но это уже лирика.
Утром решение было принято. Кем бы Ирка ни оказалась в итоге, в первую очередь она моя девочка. И подонки, которые посмели к ней прикоснуться, должны заплатить.
То, что они золотые детки, которые оступились и больше не будут, тоже лирика. И мне плевать, кем окажутся их родители. Двоих я знаю, осталось определиться с троими.
В обед, разрулив часть дел, еду в университет. Сын Бортникова Иркин одногруппник. Не обоссался только потому, что я выбрал себе другую жертву.
Но обоссаться он вполне может в любой день недели, и я намерен предоставить ему такую возможность прямо сейчас.
Паркую машину. По расписанию, которое мне скинули парни Уно, у Бортникова закончились пары. Я бы с удовольствием поймал Ирку, но сомневаюсь, что она сейчас учится. Я найду ее, сначала разберусь с уебками, потом найду.
С Бортниковым провтык, его сегодня нет на лекциях. Ничего, у меня времени валом, могу посвятить ему дни и ночи, а пока возвращаюсь в офис.
Из полного погружения в работу выдергивает телефонный звонок. Глеб Покровский — мой друг, мы с ним лет десять знакомы. Я помог ему выпутаться из одной неприятной истории, потом он ответил. Так и завязалось.
— Демид! Демид, привет, чертяка! — голос Покровского в трубке звучит как всегда, громко и жизнерадостно. — Ты в городе?
— В городе. А ты?
— А я только вчера прилетел. Придешь сегодня к нам на ужин? Ко мне дочка жить перебралась, Аринка. Помнишь ее?
— Как же, помню, — я в самом деле помню.
— Я ей конфеты от тебя передавал. Это она в пансионе для девочек училась?
— Она! — кивает Глеб. — Короче, ждем.
И отключается.
Ровно в пять вечера ступаю на порог особняка, хозяин которого бежит навстречу. Мы обнимаемся, я правда рад его видеть.
И тут я впадаю в ступор. Настоящий. Потому что чуть поодаль от Глеба стоит она. Моя Ира.
Ира... Ирина... Арина...
Блядь! Нет сука, нет!..
«Может ты обознался, Демид? — успокаиваю себя. — Может, они просто похожи...»
А сам уже вижу, что нихера.
Не слепой же.
Она это. Губы до сих пор подпухшие. И следы зубов возле ключицы. Она все время платье поправляет, чтобы закрыть. Это мои зубы, это я ее прикусывал, на такой коже все остается."
"А на груди засос. Не один. Хорошо, что ты, Глебчик, этого не видел. Я вспоминаю, и у меня уже стоит. Приходится руки сцепить перед собой чтобы хоть как-то прикрыться.
— Познакомься, Демид, это моя дочь, Арина. Она жила с матерью в Европе, теперь живет со мной.
